— Кто вы такой? Я вас не знаю.
— Триста злотых… Надо вам сказать, что подметки… Я же честный поставщик, и я не обманываю людей… Подметки из картона…
— Пошел вон!
Но триста злотых он забрал себе. Так я вас спрашиваю, что же значит: «Пошел вон?»
Хозяйка вбегает, в руках у нее корзинка.
Хозяйка. Ну чего ты расселся? Нашел время! Наша соседка-биндюжница говорит, что сегодня к обеду большевики пожалуют к нам в город — это она говорит, а я ей сказала: не торопитесь. Еще неизвестно, откуда ветер подует. Немцы и французы тоже имеют что сказать… (Хозяин пытаемся что-то возразить, она перебивает его.) Не перебивай меня! На улице говорили, что из тюрьмы сбежал большой командир и с ним мальчик — сапожный подмастерье. В лес убежали… За голову командира пять тысяч злотых обещают. Подумать только, пять тысяч злотых!.. Да не перебивай меня… Дай хоть слово сказать…
Хозяин. Ты бы лучше приказала Магде сварить сегодня хороший обед… Мы же окружены у себя в доме врагами… Мы теперь у них в руках… Хорошенько слушай, что они говорят между собой, а если сама с ними заговоришь, то вежливенько, вежливенько, без криков, Сора, без криков!
Хозяйка. Вежливенько! Так я уж лучше стану перед ними на колени… Лучше бы ты подумал, куда нам припрятать доллары.
Хозяин. А куда их припрячешь? Из-под земли достанут. (Махнув рукой, идет к двери.) Без криков, Сора! Вежливо, без крика! (Ушел.)
Хозяйка. Так я уж, может быть, зараз поступлю в гимназию, чтобы научиться разговаривать с ними по-благородному, как с панами. Магда, Магда, Магда!