Толпа раздвинулась, — у телеги, привязанный к ее колесу, стоял и посмеивался действительный Пеночкин.
— Связать его покрепче и также в город! Ай да денек! Теперь уже в отставку не выгонят; лишь бы жилось на свете…
— В город, в город!
Фаэтон полетел. Милороденко стал о законах рассуждать.
— Ты же где этим статьям про уголовные законы учился? — спросил его исправник дорогою.
— В академии художеств, в остроге-с тутошнем, где я впервые всю суть познал-с и произошел.
— Как в остроге?
— Известное дело-с; у нас там свои-с профессора и адъюнкты есть! Вот, когда был женат на барышне, в Расее-с, у нее братец двоюродный в студентах был-с и жил часто с нами; так нет-с, его профессора супротив наших куда хуже, наши почище будут. Ихние только о книжках…