За ворота вышел, с трубкой в зубах, в белом фартуке и ухарски заложив руки в карманы, поваришка Антропка, тоже из беглых, малый лет двадцати трех, отъявленный негодяй, часто битый за воровство.
— Ты чего тут сидишь, сволочь? — отнесся он задорно к Левенчуку.
— Может, сволочь ты, — ответил Левенчук, утирая слезы, — а я за делом!
— За каким делом? проваливай! скамейка барская! вон, иродово отродье!
— А ты барский?
— Барский, полковницкий; я их холуй — значит, сторож; а ты убирайся вон, сибирный твой род!
И Антропка столкнул Харько со скамьи. Левенчук пошел опять к воротам.
— Ты куда, говорят тебе?
— Дело есть.
— Не ходи, побью.