– Что вы, Алексей Григорьич? – спросила, испуганно выглянув из спальни, Катерина Ивановна.
Офицер объяснил причину нежданного своего посещения. Шаргородская стремглав бросилась к опочивальне императрицы.
– В чём дело? – спросила гостя из-за двери Екатерина.
– Не медлите, ваше величество, ни минуты! – ответил Орлов. – Надо решиться, ехать.
– Но ради Бога, что произошло?
– Пассек арестован, – сказал по-французски Орлов, – вам грозит Шлиссельбургская крепость или, как первой жене великого Петра, монастырь…
Екатерина более не расспрашивала.
– Одеваться! – сказала она Шаргородской и через несколько минут вышла в простом тёмном платье, в ленте и звезде – под мантильей. Лёгкая дрожь пробегала по её членам; лицо было бледно, но совершенно спокойно. Глаза смотрели бодро и светло.
– Готова! – произнесла она Орлову. – Но под каким видом мы пройдём мимо сторожей и часовых?
Силач и гуляка, не знавший колебаний и ходивший в одиночку с рогатиной на медведей, Орлов затруднился ответом. Смелость начинала его покидать.