Послышались шаги на улице. Кто-то быстро бежал и с размаху наткнулся на десятского.
— Тише, разобьешь!
— Нешто стеклянный стал? Довольно побарствовал: служи теперь и нам.
— Кто идет? — спросил Илья.
— Илья Романыч, идите за околицу войско встречать: мир зовет вас и помощника. Все уже готово: стол и хлеб.
— Кирюша, пойдем! — сказал Илья, — ты ведь мой помощник.
— А баб куда девать?
— Настя, воротись в хатку и возьми к себе Фросю. Эх, Фрося, Фрося! продала было ты нас, да хорошо, что одумалась. Не такая ты была прежде; помнишь голубятню?
— Илья Романыч, голая я ходила у барыни; опять же Кирюшу в острог сажали. А я вам по гроб жизни благодарна, и теперь уж моего душеньку Кирюшу ни на кого не променяю.
— Ну, иди же с ней, Настя; знакомьтесь!