Он склонился к ногам Иисуса и смиренно с глубоким и искренним волнением проговорил:
-- Учитель! Я верю, что ты, воскресающий мертвых, сумеешь побороть и живых, повергнешь их к стопам своим и победишь.
Весть о воскресении из мертвых, чудо, уже с давних пор не свершаемое ни одним пророком, жившее только в легендах о грозном Илии и об одаренном его плащом Елисее, взволновало народ до глубины души.
На другой день, когда Иисус отправился в Иерусалим, то около ворот, у подножия горы Елеонской, в деревушке Вифании, где собрались галилейские пастухи, его встретили восторженными кликами.
Мало того, они понесли его на руках, потом посадили на украшенную ковром ослицу и так торжественно вошли вместе с ним в Иерусалим, -- Осанна Сыну Давида! Благословен Иисус из Назарета, грядущий во имя Господне! -- кричали они, размахивая пальмовыми ветвями и устилая путь его своими плащами.
-- Слава Мессии! Слава Христу! Спасителю! Да здравствует царь израильский! -- крикнул чей-то голос.
-- Да здравствует царь! -- ведя ослицу под уздцы, кричал Иуда. -- Царь! Царь!
-- Царь! -- крик, подхваченный многочисленной толпой, понесся по городу.
А Иисус в своей белой одежде, казалось, плыл по воздуху, его лучистые глаза сияли мягким светом, но лицо имело сосредоточенное, серьезное, тихое выражение.
Когда шествие подошло к ступеням храма, он сошел с ослицы и поднялся по лестнице. Гром восторженных кликов помчался за ним вслед.