-- Священники напуганы и взбешены. Сегодняшнее торжественное шествие, так, к сожалению, испорченное несвоевременной набожностью равви, прямо испугало их. Они чувствуют, что скоро останутся совсем одни. Они совещались, как бы поймать учителя, но боятся, и справедливо, возмущения толпы. Поэтому-то, повторяю я, или теперь, пока полно народа в Иерусалиме, или никогда... А вы что делали? Что думает учитель?
-- Он нас очень тревожил, -- ответил Иаков, -- печален был, предвещал нам разные страдания, говорил, что, когда он вознесен будет от земли, тогда он всех привлечет к себе.
-- Вознесен! Так он сказал? -- прервал Иуда. -- Хорошо сказал -- именно к тому, кто наверху, все и стремятся.
-- Не слугами, а друзьями своими назвал нас.
-- Ого, значит, мы повысились, -- весело смеялся Иуда.
-- Теперь уже прямо объявил нам, что он исшел от Отца, чтобы мир спасти, и что вскоре снова вернется к Отцу. Завещал нам любить друг друга; похоже, что он прощался с нами. Я чувствую, что это не к добру... -- печально говорил Петр.
-- Я опасаюсь... -- заговорил Иоанн, но Иуда стремительно перебил его:
-- Чтобы вы ничего не опасались, я принес вам вот что, -- Иуда достал из-под плаща какой-то длинный предмет, развернул его -- и заблестели два широких обоюдоострых меча.
-- Вот, получай ты, Петр, как самый сильный, и ты сборщик, ты умеешь владеть мечом, ты и будешь учить нас... Достанем еще мечей, деньги найдутся, и хорошие деньги.
-- Откуда?