Скромное убранство комнаты придало смелости Иуде, но на него неприятно подействовала царившая в доме тишина. Он ждал, что его закидают вопросами, а между тем оба священника молчали и ждали.
-- Я Иуда из Кариота, -- заговорил Иуда, поклонившись. -- Один из двенадцати апостолов Иисуса из Назарета. Я верил раньше, что Иисус есть истинный Мессия, как он себя называет, но теперь я усомнился.
-- С каких пор? -- небрежно спросил Анна.
-- Уже давно подозрения мучили меня, но окончательно убедился я только во время моего долгого пребывания с ним в Галилее, перед тем, как прийти сюда на Пасху.
-- Ты пришел только исповедаться перед нами в своих сомнениях? -- спросил Анна, глядя в землю.
-- Нет, я пришел предостеречь вас. Равви грозит, что он разрушит храм.
-- Не можешь ли ты дословно повторить, в чем заключается эта угроза? спокойно спросил Нефталим.
-- Могу. Когда мы выходили как-то из храма и поражались его красотой, я сказал: "Учитель, посмотри, какая постройка и какие камни". Он сказал: "Вижу этот великий храм и говорю тебе, что не оставлю камня на камне, который не был бы разрушен". А потом он хвалился, что воздвигнет вскоре новый, во сто крат более великолепный.
Речь Иуды прервал стук бронзовой плитки, в которую ударил Анна, а когда в дверях появился слуга, он сказал:
-- Позови Ефте и Калеба.