-- Не правда, -- крикнул Петр и, как ошпаренный, выскочил за ворота. Здесь он наткнулся на Иуду, уже снова овладевшего собой.
-- Петр, что ты думаешь предпринять? -- спросил он, лихорадочно хватая его за руку.
Но сконфуженный и огорченный Петр прижался к стене и заплакал, как ребенок.
-- Плакса! -- крикнул Иуда и помчался к Вифлеемским воротам искать помощи у галилеян.
Но здесь его уже предупредили. Какие-то неведомые люди, просто одетые, вертелись среди взволнованной толпы, уверяя, что Иисуса схватили в тот момент, когда он хотел поджечь храм.
Толпа не верила им, ждала учеников, но никто не являлся. Увидав, что творится, Иуда осторожно выбрался из толпы и помчался на гору Елеонскую, надеясь найти там кого-нибудь из апостолов и поручить ему опасную миссию выяснения толпе истины.
Но в Вифании он не нашел ни одного ученика.
-- Спрятались в мышиные норки. Трусы, -- нервно пожимал он плечами, бродя по погруженной в глубокий сон усадьбе. Блуждая вокруг дома, он заметил слабый огонек в комнате Марии. Иуда немедленно сообразил, что Мария не откажется отправиться к галилеянам. Он взобрался на лестницу и вошел к ней в комнату.
Мария одетая лежала на постели. Очевидно, ее мучил какой-то тяжелый сон, она нервно вздрагивала от времени до времени, грудь ее порывистыми толчками вздымалась вверх, углы рта кривились.
-- Мария! -- шепнул, склонившись над ней, Иуда. -- Мария, -- повторил он громче и тронул ее за плечо.