На стенах виднелись свежие фрески, изображавшие три любовных приключения Юпитера.
В виде змеи могучими извивами он опоясывал отдающуюся ему Прозерпину и в жадном поцелуе погружал свое пламенное жало в ее полураскрытые губы. Орлиными крыльями он окутывал белобедрую Астрею, обхватив цепкими когтями ее грудь. Языками яркого пламени он ласкал сгоравшую от наслаждения Эгину.
Когда она насмотрелась вдоволь, Муций стал показывать ей различные безделушки из бронзы, слоновой кости и перламутра, преимущественно малопристойного содержания: художественно выточенные миниатюры людей и животных в самых щекотливых позах, иногда настолько комичных, что Мария от души смеялась.
-- Это только маленькая частица моих коллекций, а теперь пойдем, я покажу тебе сад, птичник и пруд.
Когда они спускались с террасы в сад, то Муций, заметив проходившего мимо фарисея, спросил:
-- Скажи мне, что означают эти кожаные ящички на лбу?
-- Это -- свитки заповедей нашего закона. Мария спряталась за колонну и сказала:
-- Лучше пусть он меня не видит. Эти набожные люди очень суровы, они осуждают всякую радость жизни, служат Предвечному, который пребывает за завесой храма невидимый, недоступный, могучий, грозный.
-- Если он невидим, то в этом нет ничего страшного, а более могуч, чем он, несомненно Рим, и более грозны легионы Цезаря.
-- А ваши боги?