Исполнены рѣшимостью благою
Въ торжественный, невыразимый мигъ,
Когда гремѣлъ обѣтъ нашъ звучнымъ хоромъ;
Кто видѣлъ солнца лучезарный ликъ
И не смутился гордымъ, смѣлымъ взоромъ;
Кого такъ нѣжно воздухъ горъ ласкалъ,
Влетѣвшій въ грудь съ дыханіемъ покоя;
Кто въ жилахъ пламя страсти ощущалъ;
Кто такъ, какъ мы, на тѣхъ вершинахъ стоя,
Единымъ взглядомъ къ вѣчности летя,