И его молитвы тщетно повторяли
Жалкихъ себялюбцевъ грубыя уста.
Что молитвой звали эти лицемѣры --
Былъ обрядъ, лишенный истины и вѣры.
Королевскій прахъ окутанъ вѣчной мглой,--
Духа же цвѣты растутъ еще неслышно,
Ждутъ, что оживятся нѣжною росой
И въ плоды дѣяній превратятся пышно.
Ждутъ давно. Не вянутъ лепестки цвѣтовъ,
Точно самъ король по-прежнему съ любовью