Дождь лил как из ведра. В открытую дверь он нахлестал целую лужу. Вместе с метром Миньяром нам удалось прикрыть дверь. Тогда сучья в очаге затрещали, дым потянулся в трубу, в хижине стало уютнее.
Паскуале, сидя на полу, глазел на мышек. Их было двенадцать. Они шустро бегали из верхнего этажа своей клетки в нижний, по пути отгрызая крошки от хлебных корочек, засунутых между прутьями клетки.
Скоро мы узнали, что мышки эти дрессированные, - метр Миньяр дает мышиные представления, а мадемуазель Розали ходит по канату.
- О, мадемуазель Розали - большая артистка! - воскликнул метр Миньяр, подняв плечи и зажмурив глаза. - Мы идём сейчас в Регенсбург, а наши вещи отправлены вперед на тележке. А вы, мои маленькие друзья, куда идете?
Мы сказали, что тоже идём в Регенсбург и будем учиться музыке и пению у синьора Рандольфо Манцони.
Метр Миньяр высоко поднял брови.
- О, у самого Манцони? Это знаменитый музыкант! Мы слушали его новую оперу в Мюнхене. Так так... - Он покачал головой и задумался. - А чем вы занимались до сих пор, мои друзья? - вдруг спросил он, приветливо улыбаясь.
Мы ответили ему, что работали в марионеточном театре мейстера Вальтера.
Метр Миньяр пришёл в восторг.
- Значит, вы тоже артисты! Мы с вами товарищи! О, театр марионеток - ведь это настоящее искусство! - И он попросил нас показать кукол.