- Вон отсюда, оборванцы! Чтобы вашего духу здесь не было, бродяги! - заорал он.
Нинетта замерла с поднятой ручкой. Испуганный Паскуале выглянул из-за ширм. Я кинулся складывать ширмы, оглядываясь на кухонное окно.
- Живее, убирайтесь! - крикнул сторож и дал мне по затылку.
Я чуть не упал.
- Ай! - взвизгнул Паскуале. - За что же вы нас гоните? Мы заработали себе обед!
Вместо ответа сторож схватил нас за шиворот, как щенят, и протащил так шагов тридцать по дороге. Потом, дав каждому пинка, он крикнул:
- Ступайте к чёртовой бабушке, она вас накормит обедом! Посмейте только шататься здесь, я вам голову сверну! А что это? Господин епископ едет, а они всякую дрянь развесили! - И сторож, яростно ругаясь, сдёрнул с плетня дырявый горшок.
Мы пошли прочь из деревни. Сторож с развевающимися фалдами сгонял с дороги свинью и поросят. В конце улицы показалась золочёная карета. Её окружали всадники в красных кафтанах. Хозяин постоялого двора выбежал на середину улицы и стал низко кланяться, хотя карета была ещё далеко.
- Они съедят наш обед, - пробормотал Паскуале и погрозил кому-то кулаком.
