94. Вмѣсто Іуды Искаріотскаго. Дѣян. Апост. гл. I, 21--26.
98--99. Горькая насмѣшка, ибо въ аду Николай III уже не обладаетъ тѣми сокровищами, которыми такъ гордился на землѣ. Эта гордость заставила его требовать у Карла I, короля сицилійскаго, чтобы онъ выдалъ свою племянницу за его племянника. Получивъ отказъ, папа отнялъ у Карла тосканскій викаріатъ и званіе римскаго сенатора. Сверхъ того, онъ далъ, какъ увѣряютъ, позволеніе Іоанну Прочидѣ сдѣлать возстаніе въ Сициліи противъ Карла, взявъ у Прочиды деньги, которыми снабдилъ его греческій императоръ Палеологъ, желавшій повредить врагу своему Карлу Анжуйскому. Это позволеніе въ послѣдствіи, спустя полтора года по смерти Николая III, было причиною возстанія Сицилійцевъ противъ власти Французовъ, извѣстнаго въ исторіи подъ именемъ Сицилійскихъ Вечеренъ.
100--103. Это мѣсто доказываетъ, что Данте глубоко уважалъ папское достоинство и каралъ только опозорившихъ его папъ.
ПѢСНЬ XX.
Содержаніе. На днѣ четвертаго рва Даете видитъ души прорицателей и чародѣевъ: они повернуты лицами назадъ, борода у нихъ упадаетъ на плечи, слезы текутъ по спинѣ; впередъ они уже не видятъ и должны пятиться задомъ. При видѣ искаженія человѣческаго образа, Данте плачетъ; но Виргилій укоряетъ его за скорбь передъ судомъ Божіимъ. Онъ указываетъ ему на тѣнь Амфіарая, поглощеннаго землею передъ Ѳивами; на Терезія, волхва ѳивскаго; Аронте, этрусскаго птицегадателя; далѣе на тѣнь Манто, дочери Терезія, при имени которой подробно говоритъ о происхожденіи роднаго своего города Мантуи; наконецъ, указавъ еще на тѣнь Эврипилла, Михаила Скотта, Гвидо Бонатти, Асденте и другихъ, Виргилій побуждаетъ Данте спѣшить, ибо мѣсяцъ уже закатился. Поэты идутъ далѣе.
1. Вновь должно пѣть о скорбяхъ неутѣшныхъ
И тѣмъ предметъ двадцатой пѣснѣ дать
Канзоны первой -- о погибшихъ грѣшныхъ.
4. Уже вполнѣ готовъ я былъ взирать
Въ открытый ровъ, гдѣ грѣшники, въ кручинѣ,