Я обомлѣлъ отъ повѣсти изустной
142. И палъ безъ чувствъ, какъ падаетъ мертвецъ.
2--3. Чѣмъ ближе круги ада къ центру земли, тѣмъ болѣе съуживаются (см. прим. къ Ад. IV, 7--9).
4. Миносъ, сынъ Юпитера и Европы, миѳологическій судія мертвыхъ, преобразованъ, подобно Харону, въ бѣса (см. прим. къ Ад. III, 83). По объясненію нѣкоторыхъ, онъ олицетворяетъ собою пробужденную злую совѣсть.
18. Миносъ прерываетъ отправленіе своей обязанности: значитъ, Данте не принадлежать къ числу грѣшниковъ. Въ первой пѣснѣ онъ былъ только представителемъ грѣха другихъ.
20. Намекъ на Виргиліево изрѣченіе: "facilis discensus Averni."
23--24. Тѣми же словами, которыми Виргилій укротилъ гнѣвъ Харона (Ада III, 94--96), укрощаетъ онъ и адскаго судію. Это повтореніе однихъ и тѣхъ же словъ даетъ Виргилію характеръ чародѣя и заклинателя,-- характеръ, который онъ носилъ въ средніе вѣка.
28. Въ подлин: luogo d'ogni luce muto. Я рѣшился удержать эту смѣлую метафору, часто встрѣчающуюся у Данта.
34. Окраина скалы есть внутренній край адскаго круга, граничущій съ бездной: сюда устремлены души бурею, какъ корабль, разбивающійся о подводный камень.
37--39. Здѣсь наказуются сладострастные (i peccator carnali). "Какъ въ жизни вѣчно стремила ихъ необузданная страсть, лишая ихъ спокойствія, такъ и здѣсь безпрестанно кружить ихъ адскій вихрь. Какъ въ жизни голосъ желанія увлекалъ ихъ противъ води на утесы и въ пропасти, гдѣ погибали они духовно, а нерѣдко и физически, такъ и здѣсь, въ странѣ вѣчнаго наказанія, повинуются они тому же голосу. И вотъ, встрѣчая опасность, они обвиняютъ не самихъ себя, за то, что на вѣки покорны дикой ослѣпляющей страсти даръ божественный -- разумъ и свободную волю; но съ тѣмъ же безуміемъ, въ той-же слѣпотѣ обвиняютъ божественную силу и промыслъ." Штрекфуссъ.