- Плата хоть куда! - говорит Пер.

- Только, чур, уговор, - продолжает путник. - Подниматься до зари и всякую работу справлять, какую ни прикажу. У меня обычай таков. Люблю я, чтоб работники в моей усадьбе подолгу служили, но поначалу всех испытываю и только на полгода нанимаю. Запомни: как придет весна, прилетит кукушка, так и уговору нашему конец. И еще одно: сам я человек веселый и кислые ролей терпеть не могу. Давай так: кто из нас первый разозлится, тот пускай на себя пеняет! Коли первый разозлюсь я - что ж, сколько ни прослужишь - получай плату за полгода сполна. А коли ты первый разозлишься, тут уж не взыщи. Нарежу у тебя ремней из спины и брюха, посыплю раны перцем да солью - и убирайся на все четыре стороны.

Чудной был уговор, и не сразу ударил Пер по рукам. Призадумался сначала. Да и страшен был тот человек. Рот до ушей, а такого уродливого длиннющего носа Пер в жизни не видывал. Зато свиные глазки проезжего до того были ласковы, до того умильны, что Пер подумал: 'Он, видать, шутки шутит. А плата, и вправду, хоть куда. Эх, была не была!'

- Ладно! - сказал Пер. - По рукам!

Так подрядился Пер на службу. Сел он к хозяину в повозку и оглянуться не успел - они уж и дома. Время было позднее, улегся Пер и проспал всю ночь до зари в своей каморке.

В шесть часов утра запел петух. Вскочил Пер, оделся - и бегом на гумно, куда еще с вечера наказал ему идти хозяин.

Стал Пер что есть силы молотить пшеницу, как было приказано. Молотит он час, молотит другой, а кругом словно все вымерло. Никто не приходит и не зовет его завтракать. Отшвырнул тогда Пер цеп и пошел в горницу. Пришел и видит: развалился на лавке хозяин, а завтрака на столе и в помине нет. Тут же в горнице и хозяйка - косоглазая, изо рта два огромных клыка торчат. 'Ну и уродина! - подумал Пер.- Хуже хозяина!' И еще вертится под ногами орава чумазых ребятишек: воют, визжат, царапаются. Видать, все уже позавтракали. Только для него ничего не припасли.

Хозяин ухмыляется:

- Никак, ты есть хочешь, Пер?

- Ясно, хочу! - говорит Пер. - Ужинать-то мне вчера не дали, да и нынче маковой росинки во рту не было. Попробуй-ка помолотить два часа не евши!