- Эй, девица! Садись на коня! Заживем мы с тобой на славу! Детки у нас пойдут!
- Боюсь я! - сказала Кисее, а сама чуть не плачет.
- Ну, тогда шут с тобой! Мне жены-трусихи не надо! - ответил герцог и поскакал домой ни с чем.
Случилось так, что в Венсюсселе и в Химмерланне, в Тю и на острове Морс все люди до единого узнали, как три сестрицы графа с герцогом спровадили. И потому-то боялись теперь женихи к сестрам заглядывать. Долгие годы никто на мельников двор в приходе Эллинг и глаз не казал.
Кисее тому не нарадуется - только бы не докучали ей сватовством. Хлопотала она по хозяйству и была добра ко всем, так что окрестные женщины хвалят ее, бывало, не нахвалятся.
А в парадной горнице тихо было - слышно, как муха пролетит. Там Сиссе с Миссе сидели, женихов поджидали, неделя за неделей, год за годом. Молодости и красоты у них не прибавлялось. Засиделись они, и в народе стали поговаривать: 'Девушки невестятся, а бабушке ровесницы'.
Миссе было пожалела:
- Зря не пошли за графа или за герцога.
Но Сиссе молвила спесиво:
- Коли я могу ждать, можешь и ты. Найдется же наконец какой-нибудь жених. За первого пойду я, а потом отыщу мужа и тебе.