(Д. V, сц. 2).}.
Она съ врачемъ своимъ "часто заводила рѣчь о томъ, какою смертью легче умирать" (д. V, сц. 2). Умереть безъ страданія лучше, чѣмъ украшать тріумфъ Октавія. Въ ея смерти есть нѣчто блестящее и великолѣпное, нѣчто чувственное, театральное, нѣчто величественно кокетливое и ничего серьезнаго. Но Шекспиръ не разыгрываетъ роль суроваго моралиста; ему не нужно хора израильскихъ рабынь, чтобы поносить эту Далилу. Пусть она сохранитъ свое величіе и свои чары. Шекспиръ можетъ показать намъ много превосходныхъ вещей, которыя насъ охраняютъ отъ этихъ чаръ.
Клеопатра. Подай порфиру, возложи корону.
Мнѣ на чело: о! я сгораю жаждой
Безсмертія. Сокъ гроздій, даръ Египта,
Отнынѣ устъ моихъ не ороситъ.
Скорѣй, скорѣе, Ира! торопись!
Меня зоветъ Антоній: онъ возсталъ,
Чтобъ похвалить меня за смѣлый подвигъ;
Мнѣ кажется, я слышу -- онъ смѣется