Люди обоего пола вообще здоровы и в глубокой старости не кажутся дряхлыми; ибо и тогда находятся в тех же почти упражнениях, как и молодые, дабы доставать себе ежедневное пропитание. Но по соразмерности числа островитян, стариков кажется немного, потому может быть, что ведя трудную и сопровождаемую всегдашними опасностями жизнь, редкие из них достигают старости. В лице Коняг нет ничего особенного, могущего отличать вообще народ сей от других. Есть круглые, плоские, и продолговатые лица, только в обоих полах мало видно приятных, и мужчинам должно отгадать в том преимущество. Дети от Русских и островитянок вообще хороши. Многие и из женщин, казались бы приятными, когда бы не украшали себя совершенно противным нашему вкусу образом; ибо кроме пучков, о коих выше сказано было, прокалывают они носовой хрящ в низу, куда вставляют кости, или бисер и корольки. Можно посудить, сколько сии костяные усы обезобразили бы и самую прекраснейшую женщину; но вкус их не истощился еще сею выдумкою они прокалывают потом несколько дыр в нижней губе, куда вешают пронизки, или вкладывают бисер и небольшие белые косточки. Число сих дыр бывает от двух до шести; оные прокалываются ближними родственниками, и потому придают некоторое уважение той островитянке, y которой их больше. Сверх сего щегольство их состоит еще в вышивании себе бород: для сего намазывают нитку сажею, смешанною с некоторым черным составом, и посредством иголки протягивают сию нитку по за кожей, делая таким образом на бороде черный рисунок, который остается на всю жизнь, так что украшения сего ничем уже свести нельзя. Иные вышивают еще по две черты, идущие от ушей к бороде. Когда девка выйдет замуж, то в знак любви вышивает узоры на теле, или на руках своих. У многих по всему телу вышита лента идущая с одного плеча, под пазуху другого; и в сем случае всякая следует, своему вкусу Уши проколоты во круг, куда вешают бисер, корольки и многие другие украшения, самые драгоценнейшие из коих суть цукли Колюжи сказывают, что получают их с матерого берега, противу Шарлотских островов лежащего; a может быть и из дальнейшего еще места. Цукли, посредством торговли, переходят из рук в руки до Кадьяка, и даже их видели на Алеутских островах, прежде нежели Русские были в Америке. Тогда думали, что они идут из Чугацкой губы, но теперь известно, что оные не находятся ни где в тех местах, до коих Русские доходили. Колюжи рассказывают, что на матерой земле противу Шарлотских островов в одном озере водятся червяки, для доставания коих дикие опускают в воду умершего, или нарочно убитого невольника, тело коего через несколько дней вынимают, с прилипшими к оному червяками, которых раковина носит имя цуклеи. Длина оной обыкновенно около вершка, иногда более, но редко в два. Черепок сей кругл, толщиной против малого гусиного пера, несколько загнуть и притом один конец всегда уже другого. Сие украшение, как я сказал, считается самым дорогим, так что за пару хороших цуклей на Кадьяке платят Еврашечью парку. Женщины носят их в носовом хрящу и в ушах, куда вешают также кусочки выкидываемых временами жемчужных раковин; a многие носят серьги. На руках женщины носят столько колец и перстней, сколько у кого есть, или уместиться может; на шею же, ручные кисти и ноги, делают ожерелья из бисеру и разноцветных каменьев; во желтый янтарь всему предпочитают. Вкус и цвет бисера переменяется; но более других нравится черный и красный-- стеклярус предпочитается бисеру. [ Бисер много потерял цены на Кадьяке, ибо жители набрали оного много и не знают куда выпускать. Сей товар идет более к Китайцам, Чугачам и на медную реку, где народы имеют торговлю с другими живущими внутри земли.]
Ныне обыкновение вышивать себе бороду, и прокалывать нижнюю губу и носовой хрящ, совсем оставляется, и даже некоторые покидают пучки свои и начинают носить косы, глядя на Русских женщин,
Мужчины на Кадьяке также не оставляют себя без украшения: некоторые из них прокалывают в нижней губе дырья, как женщины, a иные совсем оную прорезывают, так что кажутся двуротыми. Когда они пьют или едят, то сквозь нижнюю губу течет, от чего прикраса сия еще отвратительнее делается. Большая часть мужчин прокалывают уши вокруг, дабы носить в оных бисер. Бороды у островитян небольшие, да и расти начинают оные позже нежели у Европейцев. Давно ли люди не выходившие век из кабинета перестали утверждать, что Американские народы не имеют бород? y Лаперуза видим, что в Хили, самые Гишпанцы не могут еще в том согласиться между собою.
От островитян вообще неприятно пахнет, так что всегда по запаху можно узнать, когда кто из них войдет в комнату. Причин сему довольно: платья их всегда худо выделаны и пахнут жиром. Дикие едят много китового жиру и бывают даже выпачканы им; a притом по неопрятности своей редко моются.
Все народы Северо-западной Америки при разных случаях красят лицо свое, и каждый следует в том, своему воображению. Когда Коняг собирается на какое важное предприятие, или на промысел, или должен перегрести большое расстояние морем, то марает лице свое красным карандашом (находимых на Яколицком мысу и в других местах) тоже самое делает принимая гостей.
III
Одежда островитян и приготовление оной.
До прибытие Русских, оба пола одевались одинаковым образом, и платье их состояло из камлеек и парок. Последние делались из шкур птичьих, еврашечьих, бобровых и иных зверей. Парка, камлейка и многие другие слова, ничего не значат на языке островитян, но введены Русскими слышащими оные в Камчатке и восточной Сибири. Парки такие же как и Камчатские, то есть походят на длинные рубашки, y которых воротник так узок, что только голова пройти может. Камлейка имеет тот же покрой, но к ней пришивается еще нахлобучка надевающаяся во время дождя. Птичьи парки делаются из Арьих, Топорковых, Урильих и Ипаточьих кож, кои сдираются с перьями. Женщины высасывают из них жир, намазывают потом заквашенною икрою; a через несколько времени соскоблив оную, мнут до того как кожа будет суха. Островитяне выделывают и иным образом птичьи шкуры: кладут их на двое или трое суток в мочу, и обмыв потом мнут. Приготовив кожи, сшивают их нитками (сии получаются с полуострова Аляски) из оленьих или Китовых жил ссученными. Надобно иметь превеликое терпение для делания сих ниток, ибо прежде раздирают рукою жилу на самые тонкие волоски, потом соединяют их и ссучивают. Из птичьих парок одни только Урильи считаются хорошими, да и в самом деле красивы: оные делаются из шеек, где перья у сей птицы весьма малы и гладки, так что не скоро можно угадать, что это птичьи шкуры. Их однако трудно собирать, ибо надобно убить около 140 урилов, дабы из шеек их сделать большую парку. Платье сие носят женщины; оно украшается всем лучшим, как то: раздерганным в нитки красным и зеленым стамедом, оленьими или козлиными волосами, горностаем или бобром изрезанным в тонкие ремешки, носами птицы топорка, орлиными перьями и многими другими вещами, имеющими в глазах дикарей великую цену. Все сие пришивается одним концом к парке, и составляет по оной висячие ряды из разного сбору. Весною на шее у Урилов бывают длинные, тонкие, белые перья, или волоски; и таковые по пестроте своей, предпочитаются доставаемым в иное время года. y простых птичьих парок, верх около воротника подкрашивают, красным цветом; апоплатью с той же стороны, нашивают в некоторых местах урильи шеи. По недостатку большего числа, пришивают две спереди и две сзади; a за неимением оных, парка остается без прикрасы. Между платьями из птичьих кож сшитыми, топорковые предпочитаются арьим. В сырую погоду надевают их в верх перьями, по коим дождь скатывается не промочив платья; из урильих же шей сделанные, всегда надеваются перьями наружу.
Еврашек сшивают в парки, не отрезывая даже хвостов и голов; только последних не видно. Платье сие делается как бы два вместе, одно шерстью вверх, a другое в низ оною. Кожи только на верхней стороне сшиваются головками, а низ остается не сшит; от чего парка кажется из многих несвязных между собою рядов состоящею. Прежде нежели начнут шить еврашечью парку, разрезывают каждого зверька на двое: на спинку и брюшко, как здесь то называют; из первых составляют верхнюю, a из последних исподнюю сторону. У еврашечьих парок рукава очень короткие, a под ними прорезывают дырья, в кои продевают руки, или держат их под платьем; но никогда в рукавах. Еврашечьи парки более женскому полу принадлежат, однако и мужчины иногда носят оные.
Вышеописанное одеяние Островитяне сами достают, но кроме того имеют Тарбаганьи и оленьи парки; первые выменивают от Китайцев, Чугачей, и далее к востоку живущих народов; a вторые от Аляксинцев, кои продают также выделанные оленьи кожи и шитые из них камлейки. Оленьи парки, подобно урильим, украшаются разными безделками. Медвежьих и бобровых парок ныне совсем нет, ибо Островитяне обязаны непременно шкуры сих зверей отдавать в компанию.