И въ непривѣтной, хмурой дали
Гремѣлъ, какъ рокъ, зловѣщій громъ.
И море бѣшено и шумно
Метало свой свинцовый валъ,
А лѣсъ, тревожный и угрюмый,
И содрогался, и стоналъ.
И ночь воздушною стезею
Съ небесъ, суровая, сошла
И надъ измученной землею
Въ оцѣпенѣньи замерла.