Томасъ. Также какъ и корабль, оно казалось бы меньше.
Барловъ. То есть, наконецъ, мы видѣли бы только блестящую звѣзду; подобно другимъ звѣздамъ.
Томасъ. Да, это я понимаю.
Барловъ. Ну, а если бы солнце приблизилось къ намъ, то развѣ оно сохранило бы теперешній объемъ свой.
Томасъ. Нѣтъ, чѣмъ ближе тѣмъ оно казалось бы больше.
Барловъ. Солнце и звѣзды находятся отъ насъ на громадныхъ разстояніяхъ, и на самомъ дѣлѣ солнце имѣетъ такой большой объемъ, котораго нельзя себѣ и представить. Оно такъ велико, что изъ него можно сдѣлать полмилліона земель, а многія изъ звѣздъ объемомъ своимъ превышаютъ еще солнце.
Томасъ былъ чрезвычайно удивленъ тому, что слышалъ отъ пастора, и сказалъ: "такъ значитъ земля вертится вокругъ солнца и другихъ большихъ небесныхъ тѣлъ, потому что я всегда представлялъ себѣ, что меньшее ходитъ вокругъ большаго, а не наоборотъ.
Барловъ увѣрилъ его, что это совершенно справедливо и прибавилъ: "движеніе земли вокругъ солнца и служитъ причиною того, что у насъ бываетъ весна, лѣто, осень и зима; время же, которое земля употребляетъ на то, чтобы обойти вокругъ солнца, мы называемъ годомъ. Кромѣ того, земля каждые 24 часа обращается вокругъ своей оси, и это мы называемъ днемъ."
Барловъ обѣщалъ имъ, что вечеромъ, дома, покажетъ все въ подробности съ глобусомъ. на обратномъ пути они проходили чрезъ маленькій городъ, гдѣ увидали множество людей, входившихъ въ одинъ домъ. Опросивъ о причинѣ этого, они. узнали, что тутъ фокусникъ показываетъ свое искусство, и чтобы удовлетворить желанію своихъ питомцевъ, Барловъ вошелъ съ ними туда, и представленіе доставило имъ, а въ особенности Томасу, большое удовольствіе. "Милостивые государи,-- говорилъ фокусникъ,-- эту послѣднюю штуку я приберегъ на самый конецъ, какъ самую замѣчательную. Посмотрите на эти куколки изъ папки, я приведу ихъ въ движеніе и заставлю танцовать. Онъ сталъ играть на шарманкѣ и куколки заплясали по столу. Эта штука осталась для многихъ необъяснимою; между тѣмъ на столѣ положена была металлическая пластинка, состоявшая въ сообщеніи съ шарманкою, такъ однако, что это не было замѣтно для глаза.
