Сентябрь
Суббота, 2 сентября.
Де-Порталис сообщил мне, что на наших лакеев жалуются, что они поколотили полицейских и дали убежище человеку, арестованному за долги. Скажу об этом маркизу. За ужином был новый французский консул, над которым все смеялись. Это некий Лессепс[12], который прежде был в Гамбурге. За отсутствием ума, он легко поддается насмешке, а здесь этим умеют пользоваться.
Воскресенье, 3.
Я обедал у князя Степана Куракина. Мы были приняты просто и любезно. Этим талантом русские обладают в совершенстве, а кроме того они больше, чем кто-либо стараются подражать нам в манерах. Возвращаясь, мы прошли через сад, где было много красивых женщин и между прочим девица Корсакова, красота которой меня прямо поразила. Пюнсегюр остался гулять с г-жей Шуваловой[13], а мы с Порталисом вернулись домой!
Суббота, 9.
Сегодня мы с маркизом являлись ко Двору, по настоянию Пюнсегюра и противно моему совету, так как я хотел подождать приглашения. И лучше бы было подождать, так как нам отказали в приеме.
Шевалье де-Порталис от меня не отходит. Он желает, чтобы я уговорил маркиза представить его Императрице, но маркиз не хочет и по причинам весьма основательным. Многие купцы, на которых Порталис ссылается, приходили к маркизу справляться, кто он такой, и говорили, что он им должен, а Порталис говорит, что он не занимал ни у кого, кроме негоцианта Грелэна.
Воскресенье, 10.
В полдень мы, Пюнсегюр и я, были представлены Ее Величеству вице-канцлером, графом Остерманом[14], причем целовали ее руку. Императрица возвращалась из церкви, где слушала обедню в честь орденского праздника Александра Невского. Эта государыня очень величественна, на лице ее написаны благородство, доброта[15] и любезность.