Среда, 3. — К нему же.

Каждый день, мой друг, являются новые лица. Начинаю с Лессепса, французского консула, переведенного сюда в июле из Гамбурга. Он мне показался порядочным человеком, немножко болтуном может быть и не особенно умным, хотя внешность у него приятная. Благодаря этим двум недостаткам, в связи с некоторой претенциозностью, он нажил себе здесь врагов. Но я надеюсь, что при ближайшем знакомстве его оценят, так как он, в сущности, добрый малый; по крайней мере, показался мне таковым.

В то же утро я видел двух французских негоциантов, гг. Рэмбера и Мишеля. Первый был вице-консулом; он человек образованный, умный и деятельный, а кроме того экономист. Что касается Мишеля, то он корчит из себя барина; он действительно богат, но я предпочитаю ему Рэмбера.

Четверг, 4. — К г-же Брессоль.

Вы любили живопись, мой милый друг; как жаль, что вас не было со мною сегодня в мастерской Ролэна, которую я осматривал! Вы бы пришли в восторг от того, что я там увидел. Между прочим я любовался портретами князя и княгини Голициных[45]; первый особенно хорош. Тень, например, передающая пустоту между голубой лентой и сукном мундира — кажется, что туда можно палец просунуть! Этот Ролэн, весьма искусный художник, он ничем не пренебрегает в своих картинах, так что отделка подробностей увеличивает сходство. Я очень был доволен взглянуть на его работы, но все искал в мастерской еще чего-то и только потом догадался, что ищу вашего портрета. Впрочем, если бы он и был там, то мне все-таки недоставало бы оригинала; нельзя быть счастливым вдали от того, кто необходим нашему сердцу.

Часть дня я провел в питье и еде, как пьют и едят только в кабаках. Но мы и в самом деле были в одном из них. Вы должны знать, милый друг, что одним из немногих удовольствий в этой стране являются пикники. Едут на санях в трактир, таким же образом оттуда возвращаются и думают, что хорошо провели время. В двух верстах от Петербурга, на Неве, есть очень красивый островок, называющийся Каменным. Великий князь, которому он принадлежит, намерен там строиться. Французский ресторатор, по имени Готье, получил позволение держать там трактир, в котором мы и были. Хороший обед стоил нам четыре рубля три четверти (около луидора), но было очень холодно — 19 градусов. Больше всего мне доставила удовольствие езда по льду Невы. Эта прекрасная река, по крайней мере, вдвое шире Сены и очень украшает столицу Российской Империи.

Возвратясь, я пил чай у шведского посланника; мы с ним протолковали до вечера, то есть часов до трех. Я очень был польщен этим, потому что видел с его стороны дружеское участие, к которому я всегда был очень чувствителен. Барон Нолькен в высшей степени любезен и к достоинствам ума присоединяет достоинства сердца. Но он очень подозрителен, всякие пустяки его обижают. Его надо знать и прощать ему маленькие слабости, обусловленные слабым здоровьем. Вы знаете, мой друг, как мы с ним поссорились из-за шутки, из-за составленного мною, в стихах и прозе, описания поездки в Ярославль. Он на меня долго за это сердился, и признаюсь, что теперешние проявления дружбы и доверия с его стороны очень меня удивляют, хотя в то же время и льстят. Я стараюсь отыскать своекорыстный мотив такого ко мне отношения, потому что ведь все люди, более или менее своекорыстны, хотя бы и в деликатной форме. В данном случае, я полагаю, мотивом служит желание Нолькена иметь поверенного, с которым он мог бы делить горе и радость, а потому выбор, им сделанный, очень мне льстит, тем более, что и моим интересам соответствует; я, мой друг, буду говорить с ним о вас.

Он мне показал письмо, написанное им к шведскому королю Густаву III, когда тот еще был наследным принцем. Письмо поучительно, хорошо написано и делает честь им обоим. Король питает к нему большую дружбу. Если Нолькен когда-либо приедет во Францию, то я его познакомлю с вами.

Суббота, 6. — К моему брату.

Я еще не говорил тебе, мой друг, о Нормандеце, секретаре испанского посольства. Это весьма порядочный малый и очень не глупый; он, по-видимому, желает сойтись со мной, что мне очень приятно. Благодаря плохому здоровью, он несколько меланхоличен, но я постараюсь вылечить его своим уходом и развлечениями. Так приятно оказать услугу хорошему человеку!