— Сено мое, чай?
— Я за него деньги, чай, отдал.
— А мне что за дело?
— А ты не шуми!
Голоса крепчают. Злость разгорается, но в голосах ни малейшей дрожи. Колокола, а не люди.
— Чего не шуми — рявкает пришедший.
— То-то, говорю, не шуми! — не уступает в реве хозяин.
— Право!
— Право!
— Мое сено-то!