-- Право, матушка,-- сказалъ Робинъ,-- поднося вамъ пилюлю, я не вижу никакой надобности золотить ее или, говоря иначе, прибѣгать ко лжи. Я такъ же серьезенъ, какъ человѣкъ, котораго хотятъ повѣсить, и увѣряю васъ, что если бы миссъ Бетти захотѣла сейчасъ сказать мнѣ, что любитъ меня, то я завтра же, на тощакъ, утромъ, взялъ бы за себя ее вмѣсто завтрака и съ восторгомъ бы сказалъ: "Она моя, она въ моихъ рукахъ".
-- А я скажу на это, что ты погибшій сынъ,-- произнесла она заунывнымъ тономъ глубоко опечаленной матери.
-- Неужели можно назвать погибшимъ человѣка,-- отвѣчалъ Робинъ,-- который полюбилъ честную дѣвушку.
-- Но дитя мое,-- возразила леди,-- вѣдь она нищая!
-- Стало быть, тѣмъ болѣе она нуждается въ милосердіи,-- сказалъ Робинъ;-- взявши ее, я развяжу руки приходу, и мы будемъ нищенствовать вмѣстѣ.
-- Повторяю тебѣ, если ты говоришь серьезно, то ты погибъ,-- сказала мать,
-- А я боюсь, что не погибну,-- отвѣчалъ онъ,-- такъ какъ почти увѣренъ, что послѣ всѣхъ криковъ моихъ сестеръ, мнѣ никогда не удастся убѣдить Бетти согласиться на мое предложеніе.
-- Вотъ забавная исторія,-- сказала младшая сестра,-- повѣрь, Бетти не зайдетъ такъ далеко; она не дура, и неужели ты думаешь, что она отвѣтитъ тебѣ нѣтъ, то есть сдѣлаетъ то, чего не сдѣлала бы на ея мѣстѣ ни одна женщина въ свѣтѣ.
-- Да, моя остроумнѣйшая леди, Бетти дѣйствительно не дура,-- отвѣчалъ Робинъ,-- но она можетъ помимо меня выйти замужъ, и что-же тогда?
-- Насчетъ этого,-- сказала старшая сестра,-- мы ничего не умѣемъ сказать; однако, за кого же другого она выйдетъ? Бетти всегда дома, и потому ей остается выборъ только между вами двумя.