-- Прекрасно,-- сказалъ онъ,-- тогда я серьезно приму вашъ совѣтъ; но прежде я хочу поставить вамъ еще одинъ важный вопросъ.
-- Какой вамъ будетъ угодно,-- отвѣчала я,-- кромѣ того, о которомъ идетъ рѣчь.
-- Нѣтъ,-- сказалъ онъ,-- именно этотъ, другіе пока меня не интересуютъ.
-- Вы можете спрашивать все, что вамъ угодно, но я уже дала свой отвѣтъ; съ своей стороны я спрошу васъ: неужели вы составили обо мнѣ такое дурное мнѣніе, что разсчитываете получить отъ меня утвердительный отвѣтъ на сдѣланное вами раньше предложеніе? Неужели порядочная женщина можетъ думать, что вы говорите все это серьезно?
-- Но,-- сказалъ онъ,-- я совсѣмъ не смѣюсь надъ вами, я говорю серьезно, подумайте объ этомъ.
-- Однако, подумайте и вы,-- сказала я, принимая нѣсколько важный тонъ,-- вѣдь я пришла къ вамъ по поводу моихъ собственныхъ дѣлъ, я пришла просить васъ посовѣтовать мнѣ, какъ поступить съ моими деньгами, а вы...
-- Я подумаю объ этомъ,-- сказалъ онъ,-- въ слѣдующій разъ, когда вы пожалуете.
-- Но своимъ поведеніемъ вы положительно непозволяете мнѣ снова придти къ вамъ,-- отвѣчала я.
-- Почему это?-- въ изумленіи спросилъ онъ.
-- Но неужели вы думаете, что я соглашусь возвращаться къ вашимъ вопросамъ?-- спросила я его въ свою очередь.