Государь мой, сказалъ онъ мнѣ по Аглински, вы хотя меня и не знаете; однакожъ я имѣю сказать нѣчто важное и вамъ нужное. Посмотрѣвши на него прилѣжнѣе, показалось мнѣ, будто бы я его гдѣ нибудь видывалъ, но въ томъ обманулся, по чему и отвѣчалъ на слова его слѣдующимъ образомъ: естьли то до меня принадлежитъ, и ты ни малою въ томъ корыстію не запутанъ, то буду тебѣ за то обязанъ благодарностію. Я побужденъ ко тому, говорилъ онъ крайнею опасностію, угрожающею жизни вашей. Опасность моя видима, сказалъ я ему на то я она состоитъ въ томъ, что въ кораблѣ нашемъ здѣлалась необычайная течь, для чего мы его осмотрѣвши исправить вздумали. Государь мой! естьли вы себя любите, то о томъ до времяни думать забудьте, а выслушайте слова мои. Знаете ли вы, что отсюда находится не далеко городъ Камбодіа, и что близи его лежатъ на якорѣ два Голландскихъ и три Аглинскихъ корабля. Да что они мнѣ здѣлаютъ, спросилъ я его? Какъ! что, перервалъ онъ рѣчь мою, сходно ли то съ разумомъ, чтобъ человѣкъ такой, каковъ вы есть, странствуя по свѣту; пошелъ въ гавань не освѣдомившись прежде, нѣтъ ли въ ней его непріятелей. Ваши слова приводятъ меня въ удивленіе; говорите яснѣе, а я васъ увѣряю при томъ, что ни малой не предвижу причины опасаться Аглинскихъ и Голландскихъ кораблей, понеже я не нарушитель морскихъ уставовъ, и запрещенными товарами не торгую. Очень изрядно, отвѣчалъ онъ нѣсколько улыбнувшись; естьли вы въ безопасности, то можете здѣсь остаться: но мнѣ весьма досадна излишняя ваша на себя надежда; знайтежъ, что нападутъ на васъ пять вооруженныхъ шлюбокъ, и что уже между ими соглашенось, побѣдивши всѣхъ васъ перевѣшать.
Я было думалъ искренностію своею заслужить отъ васъ лучшаго пріятія. Когдажъ я въ томъ обманулся, то оставайтесь въ покоѣ во ожиданіи судьбы своей. Я никогда не былъ неблагодарнымъ, показующимъ мнѣ услуги: но слова твои, отвѣчалъ я, мнѣ со всѣмъ не понятны, такожъ и то, по какой причинѣ, и съ какова умыслу обо мнѣ думаютъ такъ мои однородны; однакожъ быть по твоему. Я стану, не смотря на мою невинность пользоваться твоимъ совѣтамъ, и тотчасъ пойду въ море! не скажи мнѣ между тѣмъ, государь мой! не можете ли въ изъяснить подробнѣе слова свои? Я о томъ мало знаю, отвѣчалъ мнѣ незнакомецъ; а есть здѣсь со мною нѣкоторой Голландецъ, которой вамъ, когда время допуститъ, все оное раскажетъ, къ чему извѣтъ мой клонится. Слова мои намъ не понятны быть не могутъ или вы въ Суматрѣ не бывали, и тамъ Капитана вашего и съ нимъ трехъ человѣкъ матросовъ островскіе жители у васъ не убивали, или хотите отпираться отъ ремесла своего, перестаньте притворничать; а скажите мнѣ не вы ли атаманъ сего судна? Всѣ уже знаютъ, что оно разбойническое, и для того можете ли вы быть здѣсь въ безопасности.
Вы очень чисто по Аглински говорите, сказалъ я ему на то, за что вами весьма и доволенъ; а хотя мы въ затѣянномъ на насъ беззаконіи участія и не имѣемъ: однакожъ для избѣжанія предсказаннаго нещастія возьму я возможную осторожность. Наилучшая осторожность есть, вскричалъ онъ, бѣжать всѣхъ опасностей, и спасать жизнь свою, естьли она намъ и подкомандующихъ вашихъ не наскучила; велите тотчасъ при прибылой водѣ съ якоря сниматься, и пользуясь приливомъ убираться въ море. А понеже непріятели наши стоятъ отсюда въ дватцати миляхъ, то мы тѣмъ у нихъ и передъ возмете. Государь мой, вы показавъ мнѣ такую услугу, думаю изъяснитесь чѣмъ я долженъ платить вамъ за сіе намъ весьма полезное извѣстіе. Можетъ быть вы мнѣ еще не вѣрите, сказалъ онъ, а думаете, будто бы я васъ обманываю, то для увѣренія того я отъ васъ не отстану. Когда жъ исполненіе словъ моихъ увидите, то заплатите мнѣ за девять мѣсяцовъ заслуженное мое на оставляемомъ теперь мною кораблѣ денежное жалованье, а Голландцу товарищу моему за шесть мѣсяцовъ; за нашу жъ ложь не давайте намъ ни полушки.
Я тотчасъ на то согласился, и приказалъ обоимъ имъ ѣхать съ собою на корабль. Товарищъ мой увидя насъ выбѣжалъ на бордъ, и съ великою радостно сказывалъ мнѣ, что дыру нашли, и уже законопатили. Слава Богу, отвѣчалъ я ему; таккъ пожалуй прикажи поднимать якорь. Для чего такъ скоро? спросилъ онъ, что значитъ такая торопливость? Оставьте вопросы, перервалъ я рѣчь его; а велите всѣмъ итти къ шпилю, и не теряя времени работать. Хотя онъ такому приказанію и крайне дивился; однако же признавъ къ себѣ Капитана, объявилъ ему мое повелѣніе. И такъ мы пользуясь воставшимъ съ берегу вѣтромъ, отправились безъ всякой остановки въ море. Тогда кликнувъ къ себѣ своего товарища, разсказалъ ему притчину сего скораго отправленія, кою объяснили ему новопринятые наши матросы.
Между тѣмъ, какъ они ему о томъ сказывали, пришелъ къ намъ въ каюту посланной отъ Капитана съ извѣстіемъ, о гонящихся за нами пяти вооруженныхъ шлюбкахъ. Тогда не оставалось уже о сказанной помянутымъ Агличаниномъ правдѣ ни малѣйшаго сомнѣнія Услышавши о сей погонѣ, приказалъ я собрать служителей, и объявилъ имъ, коимъ образомъ мы у всѣхъ торгующихъ въ сихъ мѣстахъ народовъ разбойниками прославились, и въ какихъ мысляхъ за нами сія погоня чинится, и для того, говорилъ я имъ, вы будучи честными людьми, долженствуете защищать жизнь свою. Матросы выслушавши слова мои, обѣщались всѣ единодушно защищаться до послѣдней капли крови. По сему оставалось только спросить у Капитана, какъ онъ думаетъ обороняться? а онъ отвѣчалъ мнѣ на то, что твердо намѣренъ не допускать ихъ къ кораблю артиллеріею, а по томъ, естьли паче чаянія близко подойдутъ, стрѣлять изъ ружей. Естьли же и то не поможетъ, вытти всѣмъ на бордъ, и до тѣхъ поръ драться, пока они всѣхъ побьютъ до смерти. По томъ приказали мы кананеру перевезти на корму двѣ пушки, и зарядить ихъ дробью, и тѣмъ въ случаѣ нужды очищать руль.
Въ такомъ положеніи ожидали мы своихъ непріятелей. Пользуясь же способнымъ вѣтромъ убирались между тѣмъ въ открытое море. Наконецъ начали насъ шлюбки нагонять. Они были весьма великія и людьми наполненныя. Двѣ изъ нихъ, какъ мы то помощію нашихъ зрительныхъ трубокъ точно могли видѣть, были Аглинскія, и часъ отъ часу приближаясь, брали у прочихъ передъ. Мы выстрѣлили по нихъ холостымъ зарядомъ, въ знакѣ того, что съ ними намѣрены сойтиться, а при выстрѣлѣ подняли бѣлой флагъ; но они ничего на то не отвѣтствуя, прибавляли парусы и подошли еще ближе; для чего подняли мы при вторичномъ выстрѣлѣ красной флагъ, но и то неустрашило ихъ продолжать пути своего; ибо они надѣясь на приближающуюся къ намъ помощь, подбирались подъ нашу корму, и думали съ сей стороны учинить на насъ нападеніе.
Помянутымъ выстрѣломъ отбили мы руль у шлюбки, и приготовились тѣмъ же подчивать ближнихъ гостей своихъ. Одна слѣдующая за работою бросилась ей на помощь и приняла къ себѣ людей оной. Мы видя ихъ крайность начали вторично говорить съ ближними, и спрашивали о причинѣ чинимаго ими на насъ нападенія; но они не отвѣтствуя на наши вопросы, старались только подойти ближе, для чего мы принуждены были мы еще по нихъ выстрѣлить. Но кананеръ впрочемъ въ дѣлѣ своемъ человѣкъ искусной въ нихъ не потрафилъ, и тѣмъ подалъ непріятелямъ причину надъ нами насмѣхаться. Сею наглостію ихъ наконецъ огорчившейся пушкарь употрсбилъ все свое искусство, и началъ цѣлить лучше прежняго; а хотя въ первой разъ въ самой корпусъ шлюбки и не попалъ, однакожъ здѣлалось такъ, что ядро пошло вдоль оной и по головамъ матроскимъ, и причинило имъ несказанной вредъ. Потомъ слѣдующими тремя выстрѣлами разбилъ одну шлюбку почти всю въ щепы, и принудилъ тѣмъ непріятелей помышлять не о завоеваніи корабля, но о собственномъ своемъ спасеніи.
Увидѣвши такую ихъ пагубу, приказалъ я, однакожъ съ ружьями, сойти нѣкоторому числу матросовъ въ елботъ, и спасать непріятелей отъ потопленія, а при томъ поступать проворнѣе, дабы между тѣмъ и заднія шлюбки насъ не нагнали. Посланные исполнили мое прилазаніе, и поймали трехъ человѣкѣ. По привезеніи ихъ на корабль пошли мы подъ всѣми парусами въ море, и тѣмъ избавились отъ своихъ злодѣевъ. Есть ли же бы оставшія три шлюбки за передними и на насъ напавшими успѣвать могли; то бы намъ конечно отъ рукъ ихъ спастись было не можно. Но отъ не проворства оныхъ убѣгли мы такой ни мало неожидаемой опасности; дабы со всѣмъ отъ непріятелей своихъ скрыться, то перемѣня курсъ свой, пошли мы въ западную сторону Азіи, такимъ путемъ, которымъ никогда ни одинъ Европейской корабль не ходитъ. Такимъ образомъ будучи уже въ безопасности, спрашивалъ я у гостей своихъ о притчинѣ учиненнаго на насъ, отъ вышеупомянутыхъ шлюбокъ покушенія. Они объяснили мнѣ всѣ онаго обстоятельства слѣдующимъ образомъ: Продавецъ вашего корабля есть самой тотъ плутъ, которой овладѣлъ онымъ по смерти своего Капитана, коего убили съ тремя матросами Индѣйцы тогда, какъ они выходили на берегъ нѣкоего острова, чегобъ и ему миновать было не можно: но онъ ушелъ съ оставшими товарищами въ лѣсъ, гдѣ отъ нихъ и отсидѣлся, а наконецъ нѣкоторымъ чудомъ, доплывши до шлюбки изъ Китая идущаго Голландскаго корабля, по щастію его тогда тамъ стоявшаго, привезенъ на судно, гдѣ не дожидаясь на острову оставшихъ своихъ товарищей отправился въ море. Изъ нихъ шипоръ съ двумя матросами спасся же на помянутой корабль и по прибытіи на немъ въ Батавію, разгласилъ, что кананеръ его овладѣвши судномъ пошелъ разбойничать, а послѣ слышалъ я тамъ же, что онъ его продалъ въ Бенгалѣ разбойнической же шайкѣ, которая на немъ разбила два Голландскихъ корабля съ богатымъ грузомъ.
Сіи послѣднія его слова причинили намъ крайнее безпокойствіе. А хотя мы о несправедливости сего разглашенія и точно были увѣрены; однакожъ довольно видѣть могли, что естьлибъ попались въ руки за нами столь сильно гнавшимся, то бы невинностію своею, а особливо предъ такими людьми, которые столь дурно обѣ насъ уже предупреждены, оправдаться были не въ силахъ. Предстоящая опасность побудила моего товарища помышлять, не заходя ни въ какую гавань, о возвращеньи къ Бенгалѣ, Тамъ можемъ мы говорилъ онъ, во всемъ и безъ всякаго труда оправдаться; покажемъ точно, гдѣ мы были, когда купленное судно наше пришло съ городъ, отъ кого мы и какимъ образомъ его купили. А хотя бы дѣло наше дошло и до худаго, однако жъ насъ безъ суда не повѣсятъ. Здѣсь же сколь скоро Голландцамъ или Агличанамъ въ руки попадемся, то уже отъ нихъ помилованія не будетъ.
Я сперьва согласился было съ его мнѣніемъ, но по томъ оное отставилъ, для того, что возвращаясь въ помянутой городъ должно было проходить Малакской проливѣ, въ коемъ конечнобъ съ нами Европейскія суда повстрѣчались, а слухѣ о затѣянномъ на насъ бездѣльничествѣ, и дурной пріемъ напавшимъ на насъ шлюбкамъ нами учиненной побудить могъ всѣхъ Европейцопъ къ отмщенію такожъ скорое наше въ Бенгалу возвращеніе могло бы почесться такимъ, будто бы мы отъ бѣдъ своихъ бѣгствомъ спасаемся, и всему затѣянному на насъ злу притчиною. Сіе мнѣніе объявилъ я предостерегшему насъ Агличанину, а онъ почитая его основательнымъ, совѣтовалъ итти къ Тонквинскимъ берегамъ, а оттуда въ Китай, отправляя между тѣмъ во всѣхъ мѣстахъ, куда заходить будемъ, торги свои, послѣжъ продавши корабль возвратиться на какомъ либо Китайскомъ суднѣ въ Бенгалу. Такія намѣренія казались безопаснѣйшими, такъ въ сходство оныхъ пошли мы къ Нордъ-Весту, отдалясь однакожъ отъ обыкновенной дороги болѣе пятидесяти миль.