— Что же вы посоветуете мне, Владимир Григорьевич?
— Работать и работать. Я бы посоветовал вам сделать не только новый боек, а совершенно новую модель, даже две. Работая над ними, вы, безусловно, внесете в пулемет много усовершенствований, и он станет еще лучше.
— Спасибо, Владимир Григорьевич, я завтра же возьмусь за работу!
Дома я еще не был, и там ничего не знали о результатах испытаний. Что я им скажу? Мне очень не хотелось огорчить жену и детей своей неудачей, и я решил умолчать.
Как только я вошел в дом, дети обступили меня.
— Папа, а где же подарки?
Я растерялся. До сих пор не было случая, чтобы я из Москвы возвращался с пустыми руками. Случившееся на испытаниях, так потрясло меня, что я заторопился и забыл о подарках. Пришлось рассказать, как было дело. Все стали меня успокаивать и убеждать, что в следующий раз мою машину обязательно примут, хотя сами и понятия не имели о том, какое оружие я делал.
Поиски лучшего
Я снова встал к верстаку и стал присматриваться к своему пулемету так, словно он был чужой, стараясь увидеть в нем недостатки, которые легко замечал в других системах.
Очень помогли мне в этом критические замечания Владимира Григорьевича.