Так получилось и на этот раз. По моему наброску инженеры сделали чертеж и передали в опытную мастерскую, чтобы там изготовили маленькую модель.
Получив модель, мы стали просматривать детали. Наконец, все части ружья были продуманы и воплощены в чертеж.
Теперь все зависело от мастерской: насколько хорошо и быстро она сумеет изготовить детали.
А в мастерской положение было тяжелое. Многие опытные мастера ушли на фронт, их станки пустовали.
Сводки Совинформбюро с каждым днем становились тревожней. Враг, очертя голову, рвался к Москве. По ночам над нашим городом кружили фашистские самолеты. Рабочие неделями не выходили из мастерской. Отработав одиннадцать — двенадцать часов, они поднимались на крышу мастерской и там несли боевые вахты у авиационных пушек и пулеметов.
И наши конструкторы проявляли образцы трудового героизма. Многие из них спустились в опытную мастерскую и стали к станкам.
На станках работали старший конструктор Гаранин, молодая чертежница Оля Быкова, мой сын Владимир и я сам.
Детали тут же испытывались и собирались. Это позволило почти за три недели изготовить два образца созданного нами ружья.
Мы принесли их наверх в кабинет и сравнили с трофейным ружьем.
Они абсолютно не были похожи.