— Опять пришел, пострел.
— Пришел. Учиться хочу.
— Молодцом, коли так!
Он поднял меня опаленными руками и посадил на верстак подальше от горна.
— Вот сиди тут и гляди. Примечай, что к чему. Да смотри, мешать будешь — прогоню.
Я часами просиживал на верстаке, наблюдая, как дед раскаливал в горне железо, как клал его на наковальню и, поддерживая длинными щипцами, послушным молотом придавал ему нужную форму.
Вечерами, после работы на заводе, деду помогал мой отец. Они ковали в три руки. Отец кувалдой, а дед молотом.
Я любил слушать звонкую музыку кузнечной работы, смотреть на пышащие жаром искры. «Когда вырасту, — мечтал я, — обязательно буду вот так же махать молотом».
— Ну, что же мы будем делать с тобой, Васютка? — опросил как-то дед, — уж больно ты мал.
— Это ничего, зато все мальчишки меня боятся, я сильный.