Еще усилье -- и порвется сердце. (Уходит.)
Матео.
Вот он, ваш отец, ваш проклятый... Прах возьми весь ваш род! Он сюда способен являться с четырьмя ливрейными белыми селедками -- хвостом за ним и без икры в животе, чтобы ругать меня, но я с голоду успею подохнуть раньше, чем дождусь от него малявки.
Белафрон.
Горе мне!
Орландо.
Хам, за это тебя вздерну.
Матео.
Ха-ха-ха! Увы!
Орландо.