Зильбер долго сравнивал почерк на карикатуре и то, что написала я. Не поднимая головы, он протянул руку к рамке со звездой и подвинул ее ко мне поближе. Так же не глядя, он задал вопрос:
— Вы принадлежали к партии национал-социалистов?
— Никогда и ни к какой партии я не принадлежала. Кроме того, я не немка.
— Вы носили немецкую форму?
— Я ее ношу и сейчас.
— Почему?
— Раньше потому, что я пошла бы хоть с чортом, но против коммунизма. Теперь потому, что не считаю достойным сбросить ее в беде.
— Вы любили генерала Дражу Михайловича?
— Не понимаю вашего вопроса.
— Ну… вы принадлежите к его последователям?