И душу далъ всему, -- но сей художникъ -- геній,
Какъ нѣкій чародѣй умѣя льстить глазамъ,
Не новые творитъ въ садахъ предметы намъ;
Онъ только старые съ разборомъ направляетъ,
Черты природою начатыя кончаетъ.
Велитъ -- и мрачное стремнистыхъ горъ чело,
Лишившись ужасовъ, улыбкой разцвѣло;
Покрылися цвѣтнымъ ковромъ пески сыпучи;
Велитъ -- суровой видъ теряетъ лѣсъ дремучій,
И на воды склонясь въ ихъ зеркало глядитъ;