Они кишѣли и въ жестокихъ мукахъ
Другъ друга пожирали. Въ судорожной пляскѣ,
Въ конвульсіяхъ они соединялись,
Чтобы уродовъ новыхъ порождать,
Пока въ безумной боли, наконецъ,
Въ орбиты глазъ я не впился ногтями
И отъ кошмара дикаго очнулся.
Тогда, шатаясь, подошелъ къ окну я
И сталъ вдыхать безмолвный сумракъ ночи.
Въ туманномъ, тускломъ свѣтѣ предо мной