9-го марта собрались осмотреть Кортезианской монастырь. Сие место наполнено чрезвычайно редкими и великолепными вещьми. Водящие монахи уверяли нас, что в одно чиноначальство было издержано у них пятьсот тысяч червонных на серебряную церковную утварь, на картины и на резную только работу. Их церковь хотя и не огромна, однако ж нет в ней ни одной части, которая б недостойна была внимания.
Сей монастырь весь выстлан мраморными плитами, четыре по сторонам его галлереи, поддерживаемые шестидесятью колоннами, каждая из одного куска белого мрамора. Посреди оного обнесено место продолговато четвероугольное мраморным белым балюстратом, где они похороняются, на коем вместо украшения поставлены из мрамора ж сделанные мертвые головы { Мертвые головы -- черепа. } с надписью Memento mori 26, или "Помни час смертный". Не в дальнем расстоянии от него находится также мрамором обделанный колодезь.
В сем монастыре наблюдается гостеприимство, почему и мы были приглашаемы к трапезе, однако ж, поблагодаря за их учтивость, возвратились обедать домой, а приняли у них только белый хлеб.
После обеда пробыли дома, а на вечер у нас были многие с визитами, в том числе аглинский посланник Гамилтон27 с супругою и агличанин милорд Рос, оба великие охотники до древностей и любопытных вещей.
70-го марта, как погода была весьма хорошая, тихая и теплая, то мы пошли осмотреть Вергилиеву гробницу, не в дальнем расстоянии от нас находящуюся. А притом и идти надлежало все по берегу на запад к горе Павзилипе, на которой точно над самым въездом грота, ведущего в Путцоль, видно древнее здание, пирамидою сделанное и половину уже развалившееся. Провожающий нас уверял, что сие действительно почитается всеми за Вергилиеву гробницу.
Сия мавзолея хотя и построена из больших и толстых камней, но обросла почти вся малыми деревьями и кустарником.
11-го марта были в лавках и купили несколько галантерейных вещей.
1 2-го. Обще с его высокопревосходительством Иваном Ивановичем Шуваловым были с визитом и препроводили с приятностью целый вечер у принцессы Франвиле.
13-го числа поутру ходили в лавку есть устриц, потому что здесь введено сие в употребление, и все лучшие и знатные люди по утрам, кому заблагорассудится, приходят завтракать, подобно как и в Лондоне.
Лавка сия стоит на берегу здешнего залива, откуда самые свежие из воды и достаются подле берега устерсы { Устерсы -- устрицы. }. Оные суть самые малые, какого сорта нигде в другом месте нет, немного поболее грецкого ореха. Отменный вкус оных и свежесть столько нас приучили, что мы весьма часто по утрам между выездами сию лавку посещали.