Алексѣй (наливая стаканъ). Смотри, пьянъ будешь. (Беретъ зеркало, причесывается).
Петръ. Ему ладно! Ратникъ, ладно тебѣ.
Ратникъ (пьетъ и кряхтитъ). Мнѣ ладно. (Идетъ къ столу, выворачиваетъ карманъ и вытряхаетъ изъ него на руку хлѣбныя крошки, табакъ и проч). Не разберешь, и табакъ, и хлѣбъ тугъ. (Беретъ въ ротъ, жуетъ, глотаетъ и кашляетъ). Эка горечь, махорки, видно, въ крошки-то попало. (Ищетъ подъ столомъ и вокругъ бумаги, но не находя, отрываетъ отъ стѣны клочекъ обоевъ).
Федоръ (подбирая стекла). Ты опять шпалеръ драть.
Ратникъ. Я маленько. (Насыпаетъ въ оторванную бумагу табакъ).
Федоръ. Маленько, весь шпалеръ прирвалъ, чай ругаются.
Ратникъ. Не свернуть съ крошкамъ-то, такъ и торчатъ. (Склеиваетъ слюною папиросу и идетъ къ плитѣ, вынимаетъ головни" и старается закурить, качаясь всѣмъ тѣломъ). Не горитъ табакъ-отъ, крошекъ попало. (Снова силится закурить и кашляетъ). Головня-то дьяволъ дымитъ. (Кашляетъ.) Ни за што не закуришь. (Кашляетъ.) Надо выбирать табаку-то, весь вышелъ. (Бросаетъ папиросу, растираетъ ее лаптемъ и кашляетъ).
Петръ. Что, ратникъ, али табаку нѣтъ?
Ратникъ. Нѣту. Выбирать надо.
Петръ. Надо, надо.