Цыпленковъ. Ну какъ же отдаешь, говори послѣднюю дѣну.
Креневъ. Семьсотъ, братъ, Михайло Михайловичъ, меньше нельзя, к то потому ужь, что самому нужда до зарѣзу, четыреста рублей, сейчасъ чтобы деньги.
Цыпленковъ. Ну семьсотъ дорого, надо уступить.
Разшибишапкинъ. А ты возьми, ваше благородіе, триста рубликовъ.
Цыпленковъ. Что у васъ съ Шмитомъ-то?
Креневъ. Съ Шмитомъ у насъ дѣло кончено, отступку я ему выдалъ, контрактъ съ управляющимъ заключилъ, теперь полный хозяинъ.
Цыпленковъ. Ну это хоть ладно.
Разшибишапкинъ. А ты, ваше благородіе, возьми но душѣ триста рубликовъ, да и магарычъ запьемъ, вотъ изъ самаго итого графина. (Наливаетъ и пьетъ).
Цыпленковъ. Погоди ты, сдѣлай милости, болтать-то.
Разшибишапкинъ. Ну дѣлать дѣло такъ дѣлай, а нѣтъ такъ не надо, одинъ сдѣлаю. (Къ Креневу). Ботъ Андрей Васильичъ, когда тебѣ нужны деньги, я тебѣ дамъ пятьсотъ рублей, триста теперь, а двѣсти, отторговавъ половину ярмарки.