-- Пойдемте,-- сказалъ онъ мнѣ,-- выберемте тамъ, сколько нужно вамъ плотниковъ.,
Мы пошли. Старикъ остался костить подрячика.
По дорогѣ встрѣтился другой подрядчикъ, которому и отдано приказаніе, дать мнѣ сколько нужно плотниковъ. Я сгоряча потребовалъ тридцать человѣкъ, но, одумавшись, спросилъ, есть-ли лѣсъ для чановъ. Его не оказалось; послали нарочнаго въ ближайшему лѣсопромышленнику, за досками; а я взялъ пока двѣнадцать человѣкъ и распорядился дѣлать станки, прочаго же ничего нельзя было дѣлать,-- сортировочный чанъ стоялъ еще не въ ямѣ. Нужно было снаружи осмолить его и потомъ ставить. Нарядчикъ, получивъ ругань, съ горя напился пьянъ, рабочіе разошлись, зимній, короткій день прошелъ, и я по неволѣ долженъ былъ отправиться на квартиру. Усталый отъ безтолковыхъ хлопотъ, съ удовольствіемъ усѣлся я около кипящаго самовара.
-- Ну, что сдѣлали сегодня, спросилъ Силинъ.
-- Да ничего.-- И я разсказалъ о встрѣтившихся препятствіяхъ.
-- Что-же это, папаша,-- обратился сынъ къ отцу.-- Ну чортъ съ нимъ, взять другого и отдѣлать на его счетъ.
-- Да деньги вѣдь, мошенникъ, забралъ... Ужь этотъ Павлушка!... и нанимать-то мнѣ его не хотѣлось, все Алексѣй Иванычъ.
-- Да зачѣмъ же деньги давали,-- спросилъ сынъ.
-- Харчами вѣдь забралъ, я и не зналъ, да погляжу по книжкѣ, у него ужь забрато еще слишкомъ. Вотъ вѣдь мошенники!
-- Вотъ что дѣлаетъ вашъ управляющій,-- сердито сказалъ Силинъ,-- тутъ тысячи летятъ отъ безпорядка, а онъ копается съ грошевымъ дѣломъ.