-- Ну, ну, начинай!... Выдадимъ!
-- Давайте, давайте!
-- Ну, чтоже, ты не вѣришь?... Ну, вотъ тебѣ мое честное слово! сказалъ Турбинъ.
-- Ну, дайте мнѣ записку въ кассу на выдачу денегъ. А вы, Прохоръ Прохоровичъ, подпишите, что принимаете этотъ расходъ.
-- Изволь, изволь!... Что съ тобою дѣлать?
Получивъ записку, я въ тотъ же день отправился дѣлать опись завода. Для этого захватилъ съ собою Пашу и еще плотника, служившаго года два. При этой-то описи я и убѣдился окончательно въ безтолковыхъ распоряженіяхъ и напрасной тратѣ денегъ. И чего только не было нагорожено тутъ!-- Однихъ каналовъ въ заводѣ оказалось 169 саж. да столько же около завода. Заводъ-то былъ въ длину 30 саж. и столько же въ ширину. Нужно замѣтить, что онъ былъ построенъ крестомъ, а не квадратный. Слѣдовательно, сколько же тутъ было вырыто безполезныхъ канавъ? Сваи были набиты на каждомъ шагу и всѣ онѣ ничего не поддерживали. Желобовъ, трубъ, лотковъ и разной рухляди валялось бездна!
Трое сутокъ съ утра до ночи описывалъ я эту рухлядь! Написалъ до пятнадцати листовъ и все-таки многаго не описалъ. На все это не хватило бы ни терпѣнія, ни силъ.
-- Ты пиши подробнѣе,-- говорилъ Турбинъ,-- чтобы мнѣ было чѣмъ похвастаться въ Питерѣ; да машины-то по частямъ запиши, да всѣ эти нѣмецкія слова и вклей. Пускай тамъ понюхаютъ, чѣмъ пахнетъ.
-- Да, на что вамъ машины-то записывать по частямъ. Вѣдь, онѣ привезены къ вамъ готовыя.
-- Эвой ты, братецъ, какой! Ну однако кому показать, все бросится въ носъ!