— Вас сюда прислали?
— Нет, т.-е. пока я в отпуску…
— Ага… — повернулся опять к станционному, — итак, без моей визы билетов не продавать и на поезд не сажать.
— Билетов, хорошо — их мало кто покупает. А не сажать — вам легко сказать, но разве я один поезд охраняю?!
— Не мое дело. Мне важно, чтобы спекуляции не было, — говорит Салов, из опасения, что о нем дойдет слух до города.
— Целесообразно ли… — начала было Вера, — хотя если у вас полномочия…
— Да, товарищ, — многозначительно говорит Салов, — имея мандат…
Салов Вере не понравился. Дома она переменила очки на пенснэ. Может-быть, в них лучше разглядит.
Салов же обругал вдогонку Веру кикиморой, не бабой, а метлой в юбке. Хлопнув себя по кобуре, пригрозил еще раз начальнику станции и зашел на телеграф. Послал несколько телеграмм с вымышленными адресами — делал для большей важности — так объяснил Клавдии Петровне. Придрался к телефонисту, белобрысому, малого роста. Уходя, хлопнул дверью… В числе телеграмм одна, уже повторная, по настоящему адресу — вызов подкрепления. Возвращаясь, все подсчитывал, когда приедут — одному трудно работать… Если пройдет номер, можно повторить еще где-нибудь. Правда, в городах администрация… Здесь единственно с кем душу отвести можно — мельник. Здоровый, кряжистый. Сам покаялся, что мелит с нарушением — чего Салов до сих пор не знает…
Молодцы прикатили на другой день. Их Салов случайно встретил около станции: