В числе первых поступил на должность рядового в Добровольческую армию.
Геройски дрался в кубанском походе и дважды был ранен большевиками.
С одной здоровой рукой продолжал службу после похода и умер от сыпного тифа.
Мир его душе!
И этот храбрый офицер о штурме говорил в тот день как то нерешительно.
– От красногвардейцев, когда идешь в атаку, просто в глазах рябит. Но это ничего. Если бы немного патронов, а главное хоть немножко больше артиллерийского огня. Ведь казармы брали после какого-нибудь десятка гранат…
Как бы то ни было, там – в окопах, в оврагах екатеринодарских огородов, в артиллерийских казармах – люди живут своей жизнью, не отдают себе ясного отчета о грозности общего положения, страдают и слепо верят.
Верят в Корнилова.
А ведь вера творит чудеса!