С его губ слетел смешок, показавшийся его собеседнику несколько странным.
Мерч с доверительным видом наклонился над столиком.
— Должен вам сказать, Джексон, — заявил он, — что у меня есть теория… Неплохая теория относительно этих преступлений. По крайней мере, я могу предположить, каким образом они были совершены.
Джексон посмотрел на него с интересом:
— В самом деле?
— Да.
— Но ведь в газетах пишут, что у полиции нет никаких следов, — пробормотал Джексон.
— Действительно, у полиции нет ничего такого, от чего можно бы было оттолкнуться. Возьмем, к примеру, первое преступление. Его жертвой стала старуха, сраженная словно ударом молнии. У нее не было ни родственников, ни денег — вообще ничего. Мотив убийства напрочь отсутствовал, поскольку ее смерть не приносила никому никакой выгоды. Поэтому меня не удивляет полнейшая растерянность полиции. Если же мы обратимся ко второму убийству, то будем вынуждены признать, что оно еще более загадочно, нежели первое. На этот раз, если вы помните, жертвой оказался совсем молодой человек. Вообразите, здесь также не обнаружили мотива преступления! И вообще, при жизни эти шестеро несчастных не были даже знакомы друг с другом.
— Неужели ни в одном из этих случаев так и не нашли мотива убийства?
— Ни в одном! — с непонятной гордостью ответил Мерч и, вновь наклонившись к собеседнику, продолжал: — Но я нашел! Я знаю мотив всех шести убийств!