4. НА СКОЛЬКО ВРЕМЕНИ СЕНАТОРЫ ВЫБИРАЕМЫ МОГУТ БЫТЬ
Сенаторы когда на своем содержании без жалованья будут служить государю и отечеству долгое время, одним будет причинять безмерный убыток; того ради на пять лет выбирать сенаторов довольно и неубыточно будет. По окончании сего времени новых сенаторов на место прежних выбирать из тех же мест монархи могут приказать, при котором выборе, если иных из тех же самих, кои и прежде были сенаторами, выберут имеющие право выбирать и если они сами не откажутся служить в сенате на следующие пять лет, таким патриотам служить вторично отечеству возбранять, кажется, причины нет. Однако одному и тому же три раза с ряду кандидатом в сенаторы ставиться и выбирать не должно дозволять, ибо от такого запрещения та польза отечеству воспоследует, что многие, а не одни только, люди будут иметь больше случаев оказать слои услуги отечеству и научиться правоправлению и законоискусству в сенаторской должности.
5. КАКИМ ОБРАЗОМ ЗАСЕДАТЬ И ДЕЛА ОТПРАВЛЯТЬ СЕНАТОРАМ
Сим средством выбранным и позванным сенаторам на одну и ту же должность, то-есть служить государю и отечеству (которое звание они должны под клятвенною присягою с посильным старанием и по крайнему разумению отправлять), польза отечества советует дозволить иметь всем равномерный свободный голос и заседать всем совокупно в сенате; дела, какие им монарх заблагорассудит приказать решить, всегда большинством их голосов чтоб решены были в сенате. Что учинив, подавать монарху и ожидать от него на всякое решение конечное повеление. А сенату правительствующему никаких узаконений без изволения и приказания монархов в России отнюдь самому не предпринимать и не делать. В Великобритании пока оба парламента с королем не согласятся, но Франции пока секретарь7 и парламент не подпишутся, до тех пор никакое узаконение намереваемое в действие произведено быть не может и не будет иметь силы закона. В России, однако, монаршеское состояние и целость отечества требует узаконить совсем противное сих государств установлениям, то-есть чтоб до тех пор ничто во всенародное известие издаваемо не было и не имело б силы указа, пока не получит себе на то монаршего изволения и подтверждения. Для такой предосторожности монарх может приказать правительствующему сенату российскому выбирать из себя одного ежегодно президента, которого должность будет представлять монарху, какие дела за которыми по течению своего решении требуют. Ппрочем, привилегии и чины таким патриотам монарх должен дозволить, какие самому заблагорассудятся; а для славы и величества Российской империи не излишно б было, если бы монархи российские соблаговолили приказать построить в Москве и Санкт-Петербурге особливые здания для заседания и жилья правительствующего сената российского.
6. ВОЗРАЖЕНИЕ НА СЕЙ ПЛАН С ОПРОВЕРЖЕНИЕМ ОНОГО
Из вышепредставленного видно, что по сему плану дворяне, разночинцы, равномерно как духовные и светские, находящиеся при сенаторской должности, будут уравнены без всякой отличности, что, может статься, произведет негодование между позванными на сенаторскую должность; особливо духовному чину, может быть, сие уравнение странным покажется.
Что до духовного чина, оный по своему смиренномудрию не может почитать за несходственность или неприличность себе заседать с присутствующими в сенате персонами первого класса. Поелику и с разумения сего плана иные персоны не могут быть как первого класса обыватели российские, а прочие только будут иметь одни голос при выбирании кандидатом в сенаторы, сверх сего один пастырь при таком множестве стада не может столь обстоятельно присмотреть всего за оным, сколь шестьсот или восемьсот человек в сенате. А от поползновения одного, поставленного над многими, тьмы народов могут заблуждать и предосудительными сделаться себе и отечеству.
Дворянству ж в заседании совокупно с разночинцами в сенате согласным не быть причины нет. У них во всех неприватный интерес, но целого отечества польза и благосостояние должно всегда за главное правило в наблюдении поставляемо быть. Впрочем, все несогласия и раздоры, если будут какие происходить между светскими и духовными в сенате, оные довольно в состоянии и одним словом монарх всероссийский уничтожить, который в российской церкви и империи есть самодержец и есть один всего правительствующего сената надзиратель и судья, от которого приказаний зависит и в его единственном повелении сенат будет завсегда.
Откапываться ж, будучи довольно в состоянии служить в единомышленном повиновении государю и отечеству, сие по справедливости может почесться за такое уклонение от добротворства, за которое удаляющиеся от сенаторского звания должны стыдиться пред богом и пред псом светом. Наше отечество составляет некоторую целость, которой мы все считаемся частные члены, почему за непростительный грех поставляется у народов, если кто, живучи в отечестве, независящим себя от оного считает. Благодействия и злоупотребления всяк должен помнить те только одни, которые простираются до целого отечества, которому всяк одолжается за все, что только имеет у себя. Верный отечества сын, когда проливает свой пот и свою кровь за целость своего отечества, чрез такие свои услуги он только то отдает, что долг велит отечеству. Оно его рождает, воспитывает и кормит за то. Оно своею святостью прав защищает его от домашних обид и своею силою и оружием от неприятельских нападений. Отечество делает его знаменитым и доставляет его к месту3, чести и достоинству. Оно награждает его заслуги и отомщает его обиды и, наконец, как усердствующая мать к детям, оно старается утвердить его благополучие столь непоколебимо, сколько возможность смертным дозволяет счастливыми быть. Того ради всяк позванный и выбранный на такую должность, сколько в совести обязуется служить при оной целому отечеству, -- сие и доказывать больше излишним покажется.