По праву оскорбленная мадам Воль-Штраус направила к Гейне своего мужа для объяснений.
Встреча Гейне с оскорбленным мужем Жаннетты, доктором Штраусом, произошла 14 мюля 1841 года. Свидетелей при этой встрече не было. Зато нашлось три лжесвидетеля — Эдуард Колов, Теодор Шустер и Антон Гамберг. Эти страстные поклонники Берне не постеснялись выдать себя за очевидцев происшествия: они подтвердили рассказ Штрауса о том, что он дал на улице пощечину Гейне.
В письме к Гуцкову Штраус с подробностями рассказывает о встрече с Гейне на улице Ришелье, о якобы данной им пощечине своему врагу. При этом Гейне вручил визитную карточку Штраусу и вызвал его на дуэль.
Теодор Шустер, вождь левого крыла «Союза изгнанников», оказался честнее других мнимых очевидцев инцидента. Он отказался от первоначальных показаний и твердо зажил, что он, как и двое других свидетелей, при встрече Гейне и Штрауса не присутствовали.
Вскоре после происшествия Гейне уехал на курорт в Пиренеи, и это дало повод его врагам распространять в немецкой печати легенду о том, что Гейне позорно бежал от дуэли.
Кампания клеветы вынудила Гейне вернуться в Париж и послать вызов на дуэль Штраусу через своих французских друзей — поэта Теофиля Готье и Альфонса Ройе. Взбешенный Гейне настаивал на дуэли на пистолетах и утверждал, что дуэль будет продолжаться до тех пор, пока один из противников не будет убит.
Заботясь о будущем Матильды на случай своей смерти, Гейне перед дуэлью вступил с Матильдой в официальный гражданский и церковный брак. Он сообщил об этом событии своим родственникам, в том числе и дяде, с которым вновь произошло примирение за некоторое время перед этим.
«Только теперь могу я сообщить официально о моем бракосочетании, — писал Гейне. — 31 августа я женюсь на Матильде-Кресценции Мир а , с которой вот уже больше чем шесть лет я ежедневно ссорюсь».
В этой шутке было немало правды. Вспыльчивость и капризный характер Матильды нередко выводили из себя тоже не особенно уравновешенного Гейне, и не даром он за несколько лет до этого события писал своим друзьям, что «мы живем наполовину счастливо». Особенно, когда Гейне мучили экономические невзгоды, он страдал от того, что не может предоставить Матильде многого из необходимого ей.
Ее непостоянный характер оказывался в том, что она любила менять квартиры, а частые переезды стоили также дорого.