Гейне тут же добавляет, что если бы он сам не сложил с себя корону и не надел блузу, то, он король романтизма, был бы просто обезглавлен людьми новых идей.
На какую же помощь Лассаля рассчитывал Гейне, вводя его своим рекомендательным письмом в дом Варнгагена фон-Энзе?
Гейне хотел отправиться в Берлин для того, чтобы посоветоваться о своем здоровье с знаменитым берлинским хирургом, профессором Диффенбахом, Это был товарищ Гейне по Боннскому университету, и он питал глубочайшее доверие к знаменитому врачу.
Не так-то легко было добиться для Гейне въезда в Пруссию. Король Фридрих-Вильгельм IV, неоднократно испытавший на себе сатирические стрелы Гейне, этот осмеянный нашим поэтом «новый Александр» и его министры закрыли въезд в пределы Пруссии для Гейне. Влиятельные друзья поэта, жившие в Пруссии, не желали ломать копья за опального политэмигранта. Они или явно уклонялись от просьб Гейне помочь ему в таком насущном деле, или обещали что-либо сделать — и обещаниями ограничивались.
Фердинанд Лассаль со всей страстностью своей натуры взялся за ходатайство и в январе 1846 года с рекомендательными письмами к Варнгагену и Александру Гумбольдту отправился в Берлин.
Обивая пороги важных людей при прусском дворе, Лассаль добился вмешательства в дело таких деятелей как Александр фон-Гумбольдт, князь Пюклер-Мюскау[9] и других.
Как это ни удивительно, но король Фридрих-Вильгельм IV отнесся к вопросу необычайно сочувственно, заявил Гумбольдту, что он «питает невероятное пристрастие к стихам Гейне» и лично не возражает против приезда в Берлин для лечения этого «старика, страдающего параличом лица».
Гораздо хуже обстояло дело с разрешением, требовавшимся от прусской полиции. Министр фон-Бодельшвинг-Вельмеде сообщил на запрос Гумбольдта, что над Гейне тяготеют многочисленные обвинения в оскорблении величества и подстрекании к возмущению, вследствие чего он должен ожидать ареста, как только вступит на прусскую территорию. Министр подчеркивал, что нет никаких оснований к помилованию Гейне, так как он «до последнего времени продолжает самым низким способом поносить его величество».
Чтобы не быть голословным, министр приложил к своему письму — с просьбой возвратить в кратчайший срок — вырезку из газеты со стихотворением Гейне «Новый Александр».
В заключение фон-Бодельшвинг рекомендовал Гейне или отказаться от консультации с Диффенбахом, или выписать его к себе по приезде в Гамбург.