Германская академическая история литературы также всячески замалчивает политическую лирику Гейне и выдвигает на первый план Гейне-романтика.
Такое отношение к творчеству Гейне, внешне дружественно-покровительственное, по существу является явно враждебным сущности поэта, не даром назвавшего себя солдатом в борьбе за освобождение человечества.
Идеологи буржуазного «либерализма», окончательно выродившегося в пародию на самого себя в эпоху Бисмарка, выступили против Гейне совместно с ультрареакционными «истинными немцами» — антисемитами типа Менцеля и Бартельса.[1] Они все увидели в поэте врага «истинно-немецкой народности» и «глашатая еврейско-журналистской наглости». В этом отношении объединившиеся противники Гейне явились достойными предшественниками Гитлера и его единомышленников — фашистских молодцов, и по сей день продолжающих вести борьбу с величайшим революционным поэтом прошлого века.
Эта борьба отразилась «как в малой капле вод» в многоактной комедии, которая уже в течение семидесяти пяти лет разыгрывается вокруг вопроса о памятнике Гейне в Германии.
2
Семнадцатого февраля 1856 года Генриха Гейне не стало.
«Я прошу, чтобы похоронная процессия была по возможности скромной и чтобы расходы по моему погребению не превышали обычной суммы, затрачиваемой на самого скромного гражданина».
Это пожелание умирающего поэта, выраженное им в завещании, было выполнено целиком.
Останки умершего проводила на Монмартрское кладбище кучка человек в сто, из них большинство — немецкие эмигранты. Из французских знаменитостей присутствовали Александр Дюма-отец и Теофиль Готье.[2]
Весть о смерти Гейне нашла слабый отклик в Германии. Стоит перелистать немецкие газеты тех дней, чтобы с удивлением отметить, как мало места было уделено памяти покойного.