— Ты Митрофанушка! — разозлился Димка. — Это разве дело — переключить трансформатор в приемнике на двести двадцать вольт и поставить новый предохранитель? А ты догадался — целую кочергу сунул!
— Ты потише с этим Митрофаном, — угрюмо сказал Парамонов. — Я понял твою дипломатию. Думаешь, позвал Горшкова в свой симфонический оркестр, так и я уже обработан?
— Ничего я не думаю, — сказал Димка. — Но и ты не думай, что это дело с приемником мы так забудем.
— Платить заставишь?
— Не бойся, деньги твои целы будут…
— Что же тебе надо? Мои моральные мученья? Ха-ха!
Парамонов деланно рассмеялся. Чувствовалось, что он просто хорохорится. Его внутреннее состояние выдавали глаза. Они бегали по ребячьим лицам, искали в них хоть маленькой, но поддержки и не находили.
— Ладно, уходи отсюда, — сказал Димка, — тебя никто не держит.
— Пипин Короткий, пошли! Ауфвидерзеен! — Парамонов повернулся и взялся за ручку двери.
