Бостонское общество чрезвычайно вѣжливо, любезно и отличается хорошимъ воспитаніемъ. Дамы удивительно красивы. Воспитаны онѣ такъ же, какъ и наши, не лучше и не хуже. Мнѣ разсказывали о нихъ удивительныя исторіи, но я имъ не довѣряю. Синіе чулки между бостонскими дамами также есть, и такія дамы стараются казаться учеными болѣе, чѣмъ это на самомъ дѣлѣ. Есть здѣсь и евангелическія дамы, привязанность которыхъ къ обрядамъ религіи и отвращеніе къ театру примѣрны. Женщинъ съ страстью посѣщать лекціи можно найти здѣсь во всѣхъ сословіяхъ и положеніяхъ. Каѳедра имѣетъ большое значеніе въ городѣ, въ которомъ, подобно Бостону, преобладаетъ провинціальная жизнь. Виды развлеченій, существующихъ въ Бостонѣ, слѣдующіе: зала для чтенія лекцій, церковь и часовня. Въ церковь, часовню и залу чтенія лекцій дамы стекаются во множествѣ.
Гдѣ религія составляетъ убѣжище, куда всегда можно удалиться отъ скучнаго однообразія домашней жизни, тамъ скорѣе придутся по нраву паствѣ тѣ пастыри, которые строже. Тамъ будутъ болѣе уважать и цѣнить тѣхъ пастырей, которые всего болѣе устилаютъ путь терніемъ, а тѣхъ, которые всего болѣе говорятъ о трудности достиженія небеснаго блаженства, будутъ непремѣнно считать предназначенными для этого блаженства; хотя трудно сказать, какимъ путемъ разсужденія приходятъ люди всегда и вездѣ къ такому рѣшенію вопросовъ. Что касается до другаго источника удовольствій -- лекцій, то онѣ имѣютъ преимущество быть всегда чѣмъ-то новымъ. Лекціи такъ поспѣшно читаются одна за другой, что вовсе не запоминаются, и курсъ ихъ одного мѣсяца можетъ быть смѣло повторенъ въ слѣдующемъ мѣсяцѣ съ тою же прелестью новизны и занимательности для слушателей.
Изъ всего существующаго въ Бостонѣ, вмѣстѣ взятаго, выросла секта философовъ, называемыхъ трансценденталистами. Спросивъ, что означало это названіе, я узналъ, что все непонятное могло быть названо трансцендентальнымъ. Не найдя утѣшенія въ такомъ объясненіи, я опятъ сталъ распрашивать и наконецъ узналъ, что трансценденталистами зовутся послѣдователи моего друга, мистера Карлейля, или, лучше сказать, послѣдователи его послѣдователя, мистера Ральфа Уальдо Эмерсона. Этотъ джентльменъ написалъ книгу "Опытовъ", въ которой между многимъ воображаемымъ и фиктивнымъ (если онъ извинитъ меня за выраженіе) есть много правдиваго и мужественнаго, честнаго и смѣлаго. Трансцендентализмъ имѣетъ много причудъ (а какая школа ихъ не имѣетъ?), но у него, несмотря на эти причуды, есть много и достоинствъ, и еслибъ я былъ бостонецъ, то, думаю, былъ бы трансценденталистомъ.
Единственный проповѣдникъ, котораго я слышалъ въ Бостонѣ, былъ мистеръ Тэдоръ; обращался онъ большею частью къ матросамъ,-- самъ нѣкогда былъ морякомъ. Въ одной изъ узкихъ, старыхъ приморскихъ улицъ я отыскалъ его часовню съ синимъ, весело развѣвающимся, флагомъ на крышѣ.
Въ галлереѣ противъ каѳедры были віолончель, скрипка и маленькій хоръ, составленный изъ мальчиковъ и дѣвочекъ. Проповѣдникъ былъ уже на возвышенной каѳедрѣ, украшенной нѣсколько театрально. Это былъ человѣкъ лѣтъ пятидесяти, съ рѣзкими чертами лица, изборожденнаго глубокими морщинами, съ темными волосами и съ строгими, проницательными глазами.
Служба началась гимномъ, за которымъ послѣдовала тутъ же сложенная молитва. Недостатокъ ея заключался въ частыхъ повтореніяхъ, всегда случающихся въ такихъ молитвахъ; но она была проста и понятна, дышала любовью къ ближнему и милосердіемъ, что не всегда составляетъ отличительную черту подобныхъ обращеній къ Богу. Послѣ этого священникъ на текстъ изъ Священнаго Писанія сказалъ проповѣдь. Онъ повертывалъ текстъ во всѣ стороны, но всегда остроумно, съ грубымъ краснорѣчіемъ, хорошо подходившимъ къ пониманію его слушателей. Если я не ошибаюсь только, онъ изучилъ ихъ вкусы и пониманіе гораздо лучше, чѣмъ изложеніе своихъ доводовъ. Изображенія его были картинны и иногда замѣчательно хороши; море и моряки преимущественно составляли ихъ содержаніе. Онъ говорилъ имъ объ этомъ "славномъ человѣкѣ, лордѣ Нельсонѣ", и о Коллингвудѣ. Иногда, подобно Джону Бёньяну, онъ бралъ свою большую Библію подмышку и ходилъ взадъ и впередъ по своей каѳедрѣ, пристально глядя въ то же время на все собраніе. Проповѣдь его преимущественно состояла изъ разныхъ отрывковъ, сильныхъ выраженій, шаганій по каѳедрѣ, размахиванья рукъ, пониженія и повышенія голоса.
Несмотря на странности проповѣди, мысль ея мнѣ понравилась. Онъ вселялъ въ своихъ слушателей мысль о томъ, что религія состоитъ не въ однихъ только обрядахъ, и предостерегалъ ихъ, чтобъ они не очень надѣялись на милосердіе Божіе, а старались бы и сами о спасеніи своей души.
Передавъ читателю все, что я видѣлъ въ Бостонѣ, мнѣ остается лишь сказать нѣсколько словъ объ обычаяхъ жителей.
Обыкновенный часъ обѣда -- два часа, званый обѣдъ бываетъ въ пять часовъ, а ужинаютъ рѣдко позже одиннадцати. Вообще въ такихъ сборищахъ, какъ званый обѣдъ, я нашелъ мало отличія Бостона отъ Лондона; развѣ только то, что здѣсь всѣ держатъ себя нѣсколько развязнѣе, разговоры громче, общество веселѣе и, вообще, церемоній меньше.
Въ Бостонѣ два театра хорошаго размѣра и хорошей постройки, но посѣщаются они мало.