-- Но вы не хотѣли предостеречься, полагая, что я не то хотѣла сказать. Не такъ ли?
-- Я былъ увѣренъ, что вы не могли быть искренны. Вы, столь молоды, неопытны и прекрасны, Эстелла! Право, это не возможно въ природѣ.
-- Однако, это въ моей природѣ, отвѣчала она, и потомъ прибавила, съ удареніемъ на словахъ: -- это въ природѣ, созданной во мнѣ. Говоря это вамъ, я дѣлаю большую разницу между другими людьми и вами. Я болѣе не могу сдѣлать.
-- Правда ли, спросилъ я: -- что Бентлей Друммель здѣсь въ городѣ, чтобъ ухаживать за вами?
-- Совершенная правда, отвѣчала она, съ равнодушіемъ, выражавшимъ совершенное презрѣніе.
-- Правда ли, что вы обнадеживаете его, ѣздите съ нимъ верхомъ, и, что даже, онъ сегодня у васъ обѣдаетъ?
Она, казалось, удивлена была моими свѣдѣніями, но опять отвѣчала:
-- Совершенная правда.
-- Вы не можете любить его, Эстелла!
Пальцы ея въ первый разъ остановились, и она съ сердцемъ отвѣчала.